Даже если экспертиза замка покажет, что он не подвергался взлому, то это явно указывает на тех, у кого был запасной ключ. Надо просто опросить тех, кто знал о том, что Кнопов будет той ночью развлекаться со своей ненаглядной Олесей. И определить, насколько их слова соответствуют правде.
— Нет, мы уже уезжаем, — сказал я и застегнул куртку. — Здесь больше делать нечего, хотя, может быть, мы и вернемся сюда еще.
Терехов зажал нос и прогнусавил:
— Ну, это уже лучше без меня. Я сюда не хочу возвращаться. Запах стоит отвратительный.
Я кивнул, соглашаясь.
— Ну что сказать, а что ты хотел еще почувствовать, после того, как здесь убили девушку? Это запах смерти, мой друг, и он действительно очень отвратителен. Надеюсь, мы выясним, кто сделал это и лишил жизни бедняжку.
Терехов с любопытством посмотрел на меня.
— И у тебя уже есть версия, кто это мог быть?
Я указал на дверь кончиком зонтика.
— Чтобы ответить на это, отведи меня, пожалуйста, к его родственникам.
Глава 26. Луч света в царстве тьмы
Родственников у Кнопова оказалось не так уж и много.
Отец после смерти матери получил паралич ног да так и остался на все время в инвалидной каталке. Он жил в большой четырехкомнатной квартире на Невском. Именно за ним приходила ухаживать злополучная медсестра Олеся, у которой потом завязался роман с Валерой. Вместе с отцом жила сестра с мужем.
Мы пообедали с Тереховым и Михалычем в закусочной по дороге к жилищу родителя Кнопова.
— А ты можешь выявить у него информацию про Пикового короля, не расследуя это дело? — спросил Терехов за столом. Он все никак не мог успокоиться, что его бросили со мной на расследование этого дела, которое вообще не должно было его волновать. — Извини, но я на самом деле считаю, что он все-таки виновен. Его никто не подставлял, он просто не помнит того, как убил эту несчастную девушку. Понимаешь?
Я усмехнулся. Я же уже говорил Вите, что все движения тела у Кнопова соответствовали его словам, я не заметил никаких противоречий. Обычно у лжецов, тем более по таким причинам, как преступление, эти противоречия видны очень явственно. Кнопов же вел себя как совершенно невиновный человек.
— Ну, не знаю, — сказал Терехов. — Ты конечно, отличный дока в деле расшифровки людей, но мне интуиция почему-то подсказывает, что Кнопов виновен.
Я продолжал улыбаться. Терехов, наконец, замолчал и быстро расправился с остатками обеда.
После этого мы быстро добрались до жилища отца. На улице опять зарядил дождь и когда мы вышли из машины, Терехов закричал:
— Открывай зонт, скорее! Я сейчас промокну! Зачем он тебе нужен, если ты им не пользуешься?