— Если он невиновен, — сказал старик, мрачно глядя на меня. — То пусть приходит сюда и сам скажет мне это в глаза. А до этого я не верю ни одному вашему слову.

— Хорошо, — кротко согласился я и развернулся к выходу. Потом стремительно вышел их комнаты, на ходу бросив Терехову: — Пойдем, я закончил здесь. Нам нечего больше тут делать.

— Эй, и это все? — спросила Оксана сзади. — И вы ничего не объясните нам? Задали какие-то дурацкие вопросы про животных и все? Вот так работает наша милиция? Вот так ловит преступников и убийц?

Но мы уже вышли из квартиры. Я предпочитал не обращать на нее внимания.

— И куда теперь? — спросил Терехов, когда мы вышли из подъезда и снова очутились перед мокрым от дождя городом. — Ты и в самом деле узнал все, что тебе надо? Кто из них врет?

Я загадочно покачал головой.

— Да, Витя. Я посмотрел на них и узнал все, что мне нужно. Если все действительно так, как я догадался, то сегодня вечером мы поймаем Пикового короля. Как раз с помощью Кнопова Валеры.

— Да ладно? — удивился Терехов. — И как же мы сделаем это?

Мы добежали до «Газика» и нырнули внутрь. Всю дорогу обратно до ГУВД Терехов пытался выучить из меня интересующую его информацию, но я хранил молчание.

В самой конторе я отправился вместе с Белокрыловой к Хвалыгину, чтобы мне дали санкцию на проведение следственного эксперимента. Мне нужно было загипнотизировать Кнопова в его собственной квартире и попробовать пробудить его память, чтобы она сказал, кто смог пробраться к нему в квартиру и убить его подругу. А затем подставить его самого, вложив окровавленный нож в его руку.

— Это и в самом деле поможет поймать этого сукина сына? — спросил полковник. — Разве он не сможет придумать что-то на ходу? Может, это будет какая-нибудь галлюцинация?

Я мотнул головой.

— В самом скором времени я выясню это окончательно. Либо он врет, либо говорит правду. Даже когда человек мертвецки пьян или находится в коме, он все равно осознает, что происходит вокруг него. В некоторых случаях он может осознавать это, даже когда находится в материнской утробе, будучи младенцем. И я погружу Кнопова в глубокий транс и выясню это.

Хвалыгин некоторое время размышлял, а потом кивнул.

— Действуй. Надеюсь, это поможет выйти на эту сволочь.

Когда мы вышли от начальника, Белокрылова остановилась, взяла меня за руку, посмотрела в глаза и спросила:

— Ян, что ты задумал?

Я сделал безразличное лицо. Сейчас надо показать, что я хочу только вывести Кнопова на чистую воду. Если я расскажу все то, что задумал и все то, о чем догадался, то Аня наверняка захочет присоединиться к эксперименту. И еще притащит туда ребят из отдела.