Подводя итог — служба на «консервном флоте» для всех, кто сумел устроиться, органично сочетала удобства мирного времени, усиленный флотский боевой паёк и практически нулевую реальную опасность боевой службы. Даже настолько же старые мегалинейные крейсера и то использовали активнее, изредка отправляя в рейды «стереть с лица земли соломенную хижину с радиостанцией залпом общей стоимостью в трёхэтажный каменный особняк».

— Это, наверное, признак подготовки к большому наступлению, правда, командир? Мы наконец-то покажем этим заморским поганцам…

— Ничего мы им не покажем! — выдавил фон Хартманн. — Показывалка не отросла.

— Но…

— Командир, вас берег вызывает по УКВ. Переключаю на мостик.

— Зажмите все уши, — почти радостно приказал Ярослав, беря микрофон, — и отвернитесь. Вам такое рано еще даже по губам читать!

К большому сожалению, фрегат-капитана, сеанс переговоров с дежурным по гавани позволил ему лишь стравить немного пара, но не более того. Его собеседник явно уже стал настолько замучен, задолбан и затрахан нуждами «Двойных Эм» и положенной им свиты, что сделал всего лишь одну вялую попытку оставить субмарину болтаться на внешнем рейде.

Правда, фраза «причал я вам найду, а дальше вы уж как-нибудь сами» фон Хартманна слегка насторожила, но уточнить свои опасения фрегат-капитан так и не успел — его собеседник попросту отключился.

* * *

— Капитана, купи свинья! Холосый свинья, сочный! Вкусный как собака!

— Кокосовый самогон! Почти даром! Первая кружка за счет заведения!

— Древний магия жриц. Член стояк в три раза! Можно гвозди забивай!

— Рыба-пила! Лечит от всех болезней. Особенно насморк!

— Доска класть, моя-твоя туда-сюда ходи! Осенна нада!

Острая логистическая нужда ела островитянина так сильно, что раструб пламегасителя ручного пулемета в лицо он попросту игнорировал. Хозяйка оружия на палубе тем временем дошла уже до крайней точки кипения и почти выбрала свободный ход спуска.

Остальные рыбаки оказались поглазастее. Двое чернокожих самцов просто нырнули куда-то в груду ящиков на корме старой джонки, а капитан, чей статус подтверждали клочковатая бородёнка и самые настоящие форменные штаны, пусть и с изрядной вентиляцией от бесчисленных дыр, спрятался в рубке.

Шансов на выживание, как меланхолично решил фон Хартманн, это никому из них так и не прибавило. В упор корабельные «семь-с-полтиной» шили всю их посудину от носа до кормы, не сильно теряя в скорости.

— Чего этот дикарь хочет?

— Положить сходни чтобы перебираться на причал через нашу палубу! — «перевел» Ярослав, одновременно пытаясь вспомнить, как правильно составлять рапорт «стрельба по неосторожности с незначительными последствиями, раздел вэ — потерь и повреждений вверенного имперского имущества нет, жертвы среди гражданских».