— Командир, — Рысь запнулась. — Я…
— Ты, — вздохнул Такэда. — Что ж вы так хреново взрослеете, принцессы…
— Я согласна, — решительно подтвердила Рысь. — Давайте сюда личные дела. Выберу… не совсем безнадёжных. А остальных на пролётах натаскаем. Об коллектив. Годится?
— Годится. Один только вопрос. Последний. — Такэда вздохнул. — Я не понял, ты что, правда весь наш разговор со жвачкой во рту провела?
— Ах, да. Командир? — звеньевая голова протянула Такэде дешёвую бумажную обёртку, уже окончательно лишённую какого бы то ни было товарного вида.
— Серьёзно? — удивился Такэда. — Рысь, тебе сейчас бы не резинками баловаться, а где в кубриках с девчонками по-тихому накидаться…
— Да вы тут сговорились все, что ли? — взвыла она. — Не беру я в рот! Ни капли, ни дюйма, курва! Мы как с Яськой на тот Новый год в седьмом классе проблевались дальше, чем видели, так и пообещали друг-дру… уууу…
Рысь уткнулась командиру в мундир и совершенно не сдерживаясь завыла в голос.
Такэда, надо отдать ему должное, заткнулся, старательно забыл про идеальную чистоту мундира и обнял девушку обеими руками за содрогающиеся плечи.
Глава 7
Интерлюдия. Где-то в Архипелаге.
— Боги пресветлые, дайте мне силы! — искренне взмолился командор-поручик Былко-Буховцекий из глубин уютного кресла в командной рубке, — или хотя бы дайте ответ, почему меня окружают идиоты?
Боги крик души командор-поручика привычно игнорировали. Как и окружившие Былко-Буховцекого идиоты, они же, в судовом журнале, вахтенные крейсера ПВО «Баторовка».
За полгода службы они чётко усвоили, что перевод на совсем новый крейсер оказался не долгожданным повышением, а жутчайшим наказанием. Для всех. Только по этому поводу мнение командира и остальных членов экипажа совпадало полностью.
Единственный и горячо любимый сын одного из лидеров демократов до последнего времени совершенно искренне полагал, что для офицера штаба флота военное время от мирного может отличаться лишь количеством попоек по поводу и без.
Незначительно отличаться. Если флотский офицер, не может в любой момент придумать не меньше трех убедительных поводов надраться, он существо никчёмное и презренное, однозначно.
Достойно таковое существо протирать штаны в самом дальнем пункте временного базирования, да и то — до момента, когда его станет можно будет выпнуть на пониженный за трусость пенсион.
Увы и ах, оказалось, что у военного времени также имеются другие особенности. Например, офицерам без реального боевого стажа немного сложно быстро расти в чинах. А уж получение орденов из категории «флотоводческих» требуется обосновать какими-то там боевыми заслугами, а не единственно верными соображениями «какая висюлька лучше подойдет к парадному мундиру⁈»