— Во-вторых, ты не посвятил меня во все детали твоих действий и способностей. Я не знаю, когда ты там готов и когда нет, — говорил я, подходя к нему. — И не корчи из себя терминатора, — с этими словами я коснулся пальцем его бока, и парень тут же поморщился.
Когда его схватили, то явно сделали больно, и может, даже сломали ребро. Потому в относительной опасности он все же был. Фатиме придется и над ним поработать.
На это он ничего не сказал.
Я понимаю, почему он не доверяет мне, но сейчас это могло нам сильно помешать.
— Пф, — он лишь горделиво отвернулся.
Не любит, когда кто-то тыкает его носиком в неприятные вещи.
Ничего, пора привыкать. Осталось добить.
— Ты отвратительный переговорщик, — выдал я последний аргумент.
— Чего⁈ — возмутился он. — Я нормально веду переговоры.
— Ты начал их провоцировать, злить, и бой вообще начался из-за тебя!
— С такими как они и нужно говорить с позиции силы. Если дать им повод, они о тебя ноги вытирать будут, — сердито прищурился Эйбон.
— Если ты хотел говорить с позиции силы, тебе нужно было ее доказать. Сразу же. Например, стрелой в ногу главному, едва он начал качать права, — фыркнул уже я. — Нет ничего хуже, чем провокация без доказательства действиями… Многие люди на страх реагируют агрессией, и когда кто-то начинает рычать, но не кусает, подобным ребятам кажется, что их боятся. Естественно, они нападают. Да и вообще, наезжать на них не было нужды… Они с самого начала хотели лишь припугнуть нас и выбить для себя больше плюшек. Немного уважения, и можно было начать нормальные переговоры, а ты вместо этого начал угрожать и провоцировать.
— И с чего такие выводы?
— Детали, — начал я. — Для начала, они нагнетали обстановку, сломав лампочки на некоторых лампах, разбросали мусор и даже встречали нас на специально подготовленном пятачке света. Обычный психологический ход — заставить собеседника почувствовать себя неуютно, зажатым в тесноте, когда вокруг лишь тьма. Это добавляет стресса для неподготовленного человека.
Эрик явно пока не был убежден.
— Далее, пошли насмешки над нами и провокации. Он желал разозлить нас, сбить с мысли и уже сам вести разговор. А ты вместо того, чтобы принять правила игры, сразу же поддался и начал наезжать. С такими как они, есть лишь два метода общения. Или доказать свою силу сразу же, ошеломив их и вынудив тебя слушать, или говорить на их языке. Они — как проблемные подростки из неблагополучных районов, которые не уважают очкариков и ботанов, а ценят лишь таких же, как сами. Конечно, конкретного пацанчика из другого района могут избить чуть ли не с большей охотой, но с ним вначале хотя бы поговорят. Ну, или, получив от «серьезного человека» пулю в ногу, будут очень трепетно внимать, опасаясь получить ее еще куда-нибудь. Ты же просто нахамил… Другого результата и быть не могло.