Все как всегда…
—«И это меня устраивало…»
Мысль о том, что она позволила собственному эгоизму, собственной глупости управлять собой, просто убивала.
Как же она могла так поступить? Почему она такое творила?
—«Я ужасный человек»….
Она признавала это.
Как бы она не молилась, как бы не убеждала себя и не врала самой себе, но она ужасный человек. Теперь уже это невозможно отрицать и она просто не сможет забыть. Как бы ни хотела.
—«Что… мне… делать?» — спрашивала она себя вновь и вновь.
Там за окном… улица… люди… много людей…
Мысль о том, что ей придется когда-либо общаться с людьми, ужасала ее. Она не хотела выходить из дома, не хотела покидать своей комнаты и отдаляться от родителей. Ее пугало все это. Она не понимала всего этого. И ей было страшно.
Ужасно страшно.
Мир такой большой, такой холодный и жестокий…
И она одна в нем…
Эмма задрожала, ее зубы начали отбивать ритм, а сама девушка вновь заплакала.
Он был прав, говоря все это.
Его слова резали ее сердце, рвали и били больнее, чем те хулиганы в школе.
Но он был прав…
Она ужасна…
И ничего с этим не поделать…
На улице уже стало светло.
Наступило утро и слабые лучики солнца пробивались через закрытые занавески, а легкий ветерок шаловливо залетел в комнату и слегка потрепал ее волосы, будто чья-то ласковая рука погладила ее по голове.
— Дин-Дон! — прозвучало в квартире.
Это звонок в дверь прозвенел и заставил Эмму задрожать.
Опять люди.
Опять чужие.
Они снова здесь.
Снова будут кричать.
Она боялась услышать крики с той стороны и громкие стуки в дверь, как делает дядя Семен, но ничего больше не происходило.
— Дин-Дон! — повторился звонок.
Девушка продолжала сидеть и бояться, но понимала, что открыть нужно. Может там что-то важное…
Все же заставив себя подняться, она на слегка затекших ногах дошла до двери и, забыв про дверной глазок, открыла дверь.
— Здравствуй, дитя мое, — прозвучал глубокий голос.
На пороге перед ней стоял упитанный мужчина с короткой каштановой бородой и длинными волосами. Мужчина был облачен в одеяние священник и в руках держал потрепанную библию. Простой крест висел на его шее, а сам он смотрел на нее добрым и теплым взглядом.
— З-з-здравствуйте… — едва слышно произнесла девушка. Горло болело после целой ночи рева.
— Я святой отец Уолш из Церкви Очищения, что находится в Северо-западном районе, — начал говорить священник спокойным и приятным тоном. — До меня дошли слухи, что зло обитает здесь и мучает тебя, я пришел помочь.
— Вы… имеете в виду… беса… — поняла она. — У меня… уже были… из службы…
— А, они… — с улыбкой кивнул святой отец. — Они творят богоугодное дело… Но я смотрю ты все еще нуждаешься в помощи, дитя мое. Быть может, я могу помочь тебе.