К тому же…
—«А хочу ли я что-то слышать от него?» - спросил я себя.
Слова Брукса о том, чтобы я молчал про арбалетный болт, выглядят слишком подозрительно.
—«Он знает что-то? Он знает того, кто напал на меня? Почему он покрывает его?»
Вопросы в моей голове все множились, никак не желая уходить, и теперь я не был уверен, что хочу и дальше разговаривать со столь подозрительными личностями.
Вообще, если задуматься, вчера я был так шокирован и взволнован, что не сумел адекватно воспринять ситуацию и как следует подумать. Но сейчас, здесь, просто лежа и размышляя в тишине, я стал подмечать странные детали, на которые раньше не обратил внимания.
Например, а как офицер Брукс вообще обо мне узнал?
То есть, тот коп, который давил на меня, посчитал, что я из какой-то банды хулиганов-вандалов, которые громят округу, и на его месте я подумал бы точно так же, найдя какого-то парня без сознания посреди разрухи. Потому не ясно, чем я мог так привлечь Неспящих и проявиться, чтобы меня нашли.
Как-то слишком быстро и просто все выходит.
Потом он рассказал мне какие-то вещи, но что из этого правда, а что нет, мне непонятно. Приставала сама ничего не знает, а кроме слов Брукса других данных у меня нет. Мне, как бы, не у кого спрашивать, да и не факт, что информация будет достоверной.
Короче, все очень подозрительно, и я не уверен, хочу ли оставаться здесь еще дольше.
— Эй, Ники… — вновь подала страдающий голос Болтушка. — Мы еще долго тут…?
— От того, что ты каждые пять минут спрашиваешь об этом, раньше мы не уйдем, — со вздохом отвечаю ей. — Мы застряли, а отпустят — когда отпустят, не раньше.
Часы с телефоном и кошельком у меня забрали, потому сказать точно, сколько сейчас времени, я не могу, но по ощущениям — уже вечер и скоро будет ночь. Надеюсь, до отбоя в общежитии успею, а то ведь могут не пустить. Хотя, пустить-то пустят, но выговор будет точно.
— Ну, чего они так долго? — стонала фея. Показалась и развалилась на полу, перекатываясь с одного бока на другой. Похоже, для такой, как она, скука реально мучительна.
— Они взяли у меня показания, затем все это нужно проверить, заполнить кучу документов, все это может занять довольно много времени. Хотя, иногда полицейские специально держат человека подольше, по своим причинам… — ответил я.
— О, а ты, похоже, кое-что знаешь о них, — хмыкнула она.
— Да… был опыт…
Больше я ничего не говорил, продолжая пялиться в потолок.
К счастью, Болтушка не стала ничего спрашивать, исчезла, а я остался в тишине, продолжая свою созерцательную деятельность.
Думал я еще над одной вещью, которая никак не давала мне покоя.