* * *

Целый год прошёл для Юли как сплошной «день сурка». Она тренировалась каждую свободную минуту. Натаскивать её взялись Братислав и, как ни странно, — Добрынка.

Всё же подруги оказались сильно заняты оттачиванием своего сложнообъединённого оборота, некогда им было возиться с её начальным уровнем. Плюс Озара «разбиралась со своей магией». И если Братислав ещё жалел и сдерживался, то сестра, освоившая оборот боевой формы, похожей на валькирию, раз за разом уделывала Юлю в сухую — и это было действительно обидно.

По сравнению с военным делом последние ступени защиты и сокрытия, мироустройства, теории пространства и перемещения давались Юле не в пример легче. Ну не боевик она, не боевик! Стоило это признать.

И всё же по-честному ей с оборотнями было не тягаться, особенно с высшими магическими. Да даже с Добрынкой, которая «типа лебёдушка»! Всего лишь сирина… А бьёт так, что костей можно не собрать. Все оборотни физически куда сильнее обычного человека и даже кудесника. Так что пришлось применить хитрость. Всё же Юля проучилась полный курс целительства и алхимии. Были в тех курсах и зелья, укрепляющие тело, для увеличения силы, ловкости, скорости. По большей части всех их объединяло одно: способность обогащать организм магией, которой с оборотнем делится его Зверь. Но даже под зельями Юля не сказать, что легко сдала первую ступень военного дела. Благо тестов на допинги в Беловодье не знали. А Прут Буреславович сделал вид, что всё так и задумано.

За всеми этими тренировками и превозмоганиями седьмой курс пролетел как-то слишком быстро. Неожиданно и буднично наступил следующий Перунов день: день, на который подруги назначили свою битву за свободу и независимость от Ящера.

Водную тропу до нужного озера им обеспечила Радомилла, но сама с ними не пошла. Небось трусила расстроить папеньку, который уже один раз её слопал.

— Ты ещё можешь передумать и остаться, — обернувшись, заглянула Юле в глаза Ожега, которая замыкала маленькое шествие.

— Пойду с вами, — качнула головой Юля, кивая Братиславу, который должен был остаться в их форте и послужить маяком для её амулета перемещения на крайний случай.

Переход по тропе напомнил их поход к Финскому заливу в прошлом в Питере. Туман. Несколько шагов, и вот они оказываются в незнакомом месте на берегу горного озера. Здесь их уже ждал Гаральт, который, нервничая, расхаживал по берегу.

Юля не хотела, чтобы суженый вмешивался, но тот настоял, что должен за ней присматривать.

— Отходите, — рублено скомандовала им Ожега, и Гаральт взял чуть оторопевшую Юлю за руку и переместил их на, видимо, заранее оборудованную площадку.