Только вот и тут была небольшая заморочка. Проверяя камеры видеонаблюдения по контуру моего забора, я получил сигнал от «дома». А проверяя камеры там, заметил некую группу.

Сверяясь с данными мобильников Черепков, я узнал, что группа барона Симохина отсиживается в лесу в полукилометре от моего дома. А это означало только одно… эти уроды ждут грозы, чтобы нанести удар по усадьбе.

— Вот же сволочи…

Заканчивая работу, я поехал обратно к дому. Только вот у усадьбы не остановился, а проехал дальше и свернул в гости к Ежирову.

На мою радость, капрал Фантом оказался дома. Он в это время, как всегда, тренировался. Избивал двоих гвардейцев, которые были вооружены мечами, а сам он дрался голыми кулаками.

Показывая снимки разгоряченному Глебу, первое, что я услышал, было:

— Нифига себе, Гоша! — он повернулся ко мне и спросил прямо. — Это что, дорожные камеры? Откуда у тебя записи с них? Ты знаешь, что это противозаконно? А? Это не твоя собственность!

— Просто подстраховался, хех, — я пожал плечами. — Не, не противозаконно, не переживай. Подвязки есть. Никто мне ничего не предъявит.

И тем не менее, мы вернулись к самой проблеме. Ежиров, выслушав о моей заварушке с Симохиным, аж помрачнел.

— Симохин вообще обнаглел! Какого хрена он тут шляется, а? — он открыл карту и показал мне точку, которая была очень далеко от нас. — Его усадьба вообще в Ибенево! Ему тут нечего делать!

— Ну, как-то так, — я развел руки в разные стороны.

— В общем, я понял, — кивнул Глеб. — Я предупрежу соседей. Если они хоть шаг в сторону дворянского района сделают во время грозы, то я подниму соседей, и мы их просто уничтожим. Нехрен им тут делать. Пусть в своей усадьбе сидит и баронские понты раздаёт.

Когда мы пожали руки с Глебом, к нам подошла Настя. Только вот её внешний вид очень сильно удивил меня. Не было привычного образа красавицы с уймой макияжа. Всё было наоборот!

Она была одета строго, без косметики, в простом платье и выглядела при этом сосредоточенно и серьёзно.

— Ты чего? — спросил было Глеб, но Настя тут же протянула мне открытку.

Праздничную такую… но сдержанно оформленную.

— Что это? — спросил я.

— Приглашение на свадьбу, — ответила она ровным голосом, без улыбки, без всякой эмоции. Словно её заставляли выходить замуж. Я сугубо на автомате тут же выпалил:

— А, понял, спасибо. Да, конечно, приду, — натянув самую невинную улыбку, я еще раз кивнул Глебу и повернулся в сторону выхода. — Спасибо тебе еще раз, Глеб.

Тот что-то сказал в ответ, а напоследок я услышал Настю.

— Буду ждать, господин Раскатный.