– Ничего не случится, они братья, сегодня поругаются, завтра помирятся, – подползает к ней Юна и кладёт голову на плечо.

– Твой пусть и не носит титулов, но это его империя, если он что-то сделает моему, я не переживу, – бурчит Ани.

– Гуук без меня проживёт, но без Хосрова вряд ли, – смеётся Юна.

– Ты только и делаешь, что шутишь, – злится Ани.

– Лучше иди к себе, успокой своего, а я займусь моим, – поднимается на ноги Юна и, кивнув страже, идёт в сторону покоев Гуука.

***

После ухода Хосрова Гуук пару минут стоит в зале и, уставившись в одну точку во дворе, думает о последних событиях. Хосров категорически не прав, и Гуук тут даже не сомневается. Его думы сейчас занимает только Арслан и то, что же всё-таки послужило тем толчком, который привёл к тому, что он отпустил ту, кем одержим. Гуук не понимает, что должно произойти, чтобы человек вырвал своё сердце из груди, а потом молча проследил за тем, как его забирают. Но даже больше, чем этот вопрос, его интересует, как Арслан с этим справится. Он идёт к выходу и до того, как отправиться в спальню, решает навестить друга. Арслан находится сидящим на полу террасы в окружении трёх уже пустых и одного только принесённого кувшинов вина.

– Арслан, – опускается рядом Гуук и, не дождавшись чаши, пьет из кувшина. – Я надеюсь, ты поступил правильно.

– Уйди, – утирает рукавом губы друг.

– Не могу, – удобнее устраивается Гуук и отсылает выбежавшую с подушками прислугу. – Ты мой друг. Я хочу выпить с тобой. Хочу тебе немного помочь.

– Мне никто не поможет, – болезненная гримаса портит красивое лицо Арслана. – Я сам во всём виноват, а сейчас расплачиваюсь. Позволь мне остаться одному, пока я чувствую ее запах, пока он окончательно не развеялся. Позволь мне оплакивать своего так и не родившегося ребенка. Оставь меня. Мне не нужна компания, и я полностью отвечаю за свои действия. Я должен был так поступить.

Гуук, услышав о ребёнке, всё сразу понимает, прислоняется затылком к парапету и, так и не найдя правильных слов, изучает взглядом ровные плитки на полу и прикладывается к кувшину.

***

Юна ложится в постель и, намочив одну сторону подушки слезами, переворачивает её. Она отказывается верить, что не увидит больше Ясмин, что не сможет побежать к ней делиться своими хорошими и не очень новостями, что просто не сможет обнимать «золотую» девочку, пахнущую самой душистой специей в мире. Юна понимает, что Ясмин так будет лучше, но обида на судьбу, которая забрала единственную подругу – не отпускает. Кровать прогибается, и заплаканную девушку прижимают к сильной груди. Гуук молча распил с Арсланом кувшин вина и, оставив его на террасе, вернулся к супруге. Он целует ее в затылок, поглаживает плечи, чувствует, как дрожит от сдерживаемых рыданий девушка.