– Я буду ругаться, что ты опять ослушалась, – шумно вдыхает запах ее волос мужчина.

– Ты искупаешься, я тебя накормлю, согрею, а потом ты можешь ругаться хоть до утра, – слушает его сердце Юна, не в силах оторваться от груди. – Я так сильно скучала по твоим рукам.

Гуук ее не отпускает, крепко сжимает в объятиях и, заметив обнимающихся в стороне Ани и Хосрова, улыбается.

– Твой ребенок меня пнул, просил передать, что это вместо приветствия, – смеётся Юна и чувствует, как Гуук поглаживает ее живот сквозь толстый жилет.

– Я скучал по вам обоим, – целует ее в лоб муж.

– У тебя там бои, путешествия, тебе легче переносить разлуку, а мне тяжело, – вздыхает девушка, продолжая зарываться лицом в его грудь, впитывает в себя запах дороги, усталости, пота, свой родной запах.

– Обещаю, малыш родится, я отправлю тебя погостить к отцу, и ты развеешься, – прекрасно понимает, как скучно девушке в Идэне, правитель. – Даже если мне придется отправить с тобой всё своё войско ради твоей безопасности.

– Главное, ты вернулся. Ты рядом со мной. Когда ты в Идэне, я чувствую себя в полной безопасности, – продолжает обнимать его Юна.

– Я всегда рядом, всегда прикрываю тебя своей спиной, – поглаживает влажные от снега щеки Гуук. – И ты, главное, всегда будь рядом, тогда пусть хоть весь мир на нас обрушится, даже камушек на тебя не упадёт.

Кое-как оторвав девушку от себя, Гуук сажает ее в карету, а сам, вновь взобравшись на Маммона, входит в ликующий и встречающий повелителей громкими возгласами город.

***

К вечеру весь дворец стоит на ушах, готовясь к праздничному ужину в честь вернувшихся правителей.

– Я не могу ничего надеть, что бы я на себя не натянула, я похожа на те пузатые кувшины с вином, что у нас на кухне, – ноет Юна Биби, стягивая с себя очередной наряд. – Мой супруг меня месяц не видел, а я на что похожа?

– Вы беременна, моя госпожа, – еле сдерживается, чтобы не рассмеяться в голос, Биби, боясь получить от девушки, которую лучше, когда она в зеркало смотрит, не трогать. – Уверен, вы для повелителя красивее всех.

– Ты его гарем видел? – топает ногой окончательно расстроившаяся Юна и так и ходит по комнате в одной длинной рубахе, доходящей ей почти до колен. – Ты видел, какую красоту он себе там собрал? Ты лучше всех знаешь, какой у него вкус! А теперь представь, каких девушек он за этот месяц в походе повстречал! Представил? Так вот, я репка.

– Вы наливное яблочко, но точно не репка, – прыскает в кулак Биби.

– Перестань выкать, я сразу понимаю, что ты надо мной издеваешься и меня это… – Юна умолкает, прислушиваясь к внезапной тишине из коридора.