А тут и товарищи офицеры подоспели и тоже активно включились в тренировочный процесс. Никто из мужчин не хотел показать свою слабину перед нашей «принцессой», которая играючи взлетала на доску и изящно скользила по волнам под их восхищенными взорами.

– Нет, ребята, так нечестно! Юленька, наверное, не первое лето серфингом занимается.

– Да этой доске еще и месяца нет! – возмутилась наша красотка. – Мы сами ее только на юге увидели.

Пришлось отвлечь от готовки Лену с Викой и продемонстрировать гостям, что и остальные наши девушки катаются на доске не хуже Юли. Короче, до ужина все гости были о-о-очень сильно заняты, и за стол их загнали только наступающие сумерки и разыгравшийся голод. А еще мое твердое обещание поделиться чертежами своей доски. Мореманы оказались непростыми ребятами, технически хорошо подкованными, и в Орджоникидзе, судя по всему, жили тоже не просто так – скорее всего, удачно совмещали отдых на юге с командировкой на местный военный завод «Гидроприбор». Отсюда и их «Москвич» с местными номерами.

Пришли наши соседи по бухте – приятная пара Ирина и Иван, им лет по тридцать. Оба оказались младшими научными сотрудниками из Дубны, так что вопросы о профессии отпали сразу – физики. Это и к лучшему. С лириками у нас и так перебор.

Пара принесла с собой дыню, вино и сыр. А еще самостоятельно закопченную ставридку – они нашли в ближайших скалах чужой «очаг для копчения» – вымоину, в которой лежал сухой топляк и железный прут. Ребятам оставалось только нанизать на прут пойманную рыбу и закоптить ее в «очаге». Обещали нам показать это место, но взяли с нас обещание, что, уходя, мы, как культурные люди, оставим там топляк или дрова.

Ужин удался на славу – вискарь и коньячок пошли под шашлычок, винишко – под фрукты и сыр. Как водится, сначала под горячее поговорили обо всем на свете, нащупывая общие темы и проверяя присутствующих на «родство душ», потом дошло дело до десерта и культурной программы. Евтушенко много курит, смолит одну сигарету за другой. К виски даже не притронулся, начал с вина, потом перешел на коньяк. Под арбуз и дыню хорошо пошли Женькины стихи – дамы только что не стонали от восторга, слушая его. А вот «мои» стихи, кажется, больше понравились мужской аудитории, что тоже понятно, – с любовной лирикой у меня не очень. Наконец все решили спеть, Димон притащил гитару. И тут настал мой звездный час.

– Леша, спой свою про десантный батальон! – с горящими глазами просит Евтушенко.

– Жень, ты что! Ему же медведь на ухо наступил. Пение и Русин – понятия абсолютно несовместимые!