Отхожу от вахтерши и сразу утыкаюсь взглядом в объявление, написанное большими глазастыми буквами и вывешенное на стене холла: «Завтра, в понедельник, общее собрание факультета в актовом зале. Повестка дня: итоги и решения внеочередного Пленума ЦК КПСС». Так… Подозреваю, что Хрущев весь свой Президиум перетряхнул, а может, и весь ЦК до кучи. Сосредоточиться не получается – перед глазами толстое, мясистое лицо Руденко.
Стою, задумчиво пялюсь на объявление. Рядом останавливаются ребята из нашей тургруппы. Слышу за спиной смешки и знакомый голос, в котором просто бездна презрения.
– Я же говорю, у кого-то мания величия началась…
Оля… Все-таки староста не простила мне пренебрежения своим комиссарским телом. Весь день делала вид, что в упор меня не замечает, а теперь, наконец, решила укусить. Видимо, и дальше будет мелко мстить при каждом удобном случае. Но о чем это она? Непонимающе оглядываюсь по сторонам и замечаю на стене рядом с объявлением новый номер студенческой стенгазеты. В ней дружеский шарж, на котором изображен я сам – с узнаваемой бородой, в лихо заломленном берете. И почему-то за рулем автобуса. Без труда узнаю в рисунке Ленкину руку. Под шаржем чья-то эпиграмма:
У Руса энергии дикий напор, а вертится – вылитый глобус, и если поставить на Руса мотор, то был бы наш Русин – автобус!
Очень смешно… Но рисунок и впрямь удачный, баскетболистка молодец! Улыбнуться получается с трудом – лицевые мышцы отказываются подчиняться, в голову бухает набатом СЛОВО.
Глава 6 Бог сутулится в облачной темени, матерится простуженным шепотом и стирает дыханием времени наши дерганья опыт за опытом. И. Губерман
20 июля 1964 года, понедельник, 8.00.
Москва, общежитие МГУ
Утро опять начинается с новостей: Димон включает радио. «В воскресенье вечером закончился внеочередной Пленум ЦК КПСС, на котором…» Я слушаю скупые слова новостей и ровным счетом ничего не понимаю: пара слов – о заговоре, пара о покушении на Хрущева. Главой заговора назван только один – Семичастный. Об остальных ни слова. И по количеству участников заговора можно отдаленно судить только по смене членов Президиума. Убрали пять человек и выбрали пять новых. Про Брежнева, Шелепина и Захарова вообще ни слова.
Я окончательно просыпаюсь и трясу головой. Это что вообще?.. На кровати Индуса лежит свежая «Правда», сам сосед, судя по звукам льющейся воды, сейчас в душе. Хватаю его газету, вчитываюсь в огромную передовицу, посвященную итогам пленума. Читаю статью и не могу поверить глазам.
Да… Как говорится, хотели как лучше, получилось как всегда. Ладно: заговор, негодование шахтеров и доярок, вычистить поганой метлой из рядов… все по сценарию. Но какого черта в Президиуме остался Суслов – это же человек Брежнева! Как говорится, ежу понятно. Но, видно, не Никите. Или он хотел избавиться от этого начетчика, но пока не смог?