– Во как…
– Теперь его жена рыдает, вещи пакует – им велено назад в Армению отправляться.
– А сам Ашотик что?
– Со сломанным пальцем под арестом сидит. «Волна» закрыта, нового директора ждут.
Мы с Димоном переглядываемся – отрадные новости! Быстро местные товарищи ситуацию разрулили – через пару недель об этом Ашоте никто здесь и не вспомнит. Вопрос только, отчего раньше зарвавшегося торгаша в чувство не привели? Почему он безнаказанно здесь «шалил», а родственники и покровители молчали? Ждали, пока он кого-нибудь убьет или покалечит?
Некоторое время размышляю: может ли из этой истории получиться новое дело сети магазинов «Океан», после которого зарвавшуюся «элиту» здорово проредили. Понимаю, что нет, не получится. При Хрущеве просто нет еще той бешеной коррупции, что появилась при позднем Брежневе.
Лева встречает нас с радостной улыбкой:
– Как вам так быстро удалось починить «Волгу»?
– Свет не без «добрых» людей. Кто сломал, тот ее и починил.
– Отлично! А что с хулига… – Лева осекается и, кажется, теряет дар речи. Потому что из «Волги» выходит Евтушенко.
– А у нас гость. Знакомьтесь: Елена, Лев – наши друзья. Они, как и мы, из МГУ. Евгения вам представлять не нужно, я еще не встречал человека, который бы его не знал.
– Не преувеличивай! – заразительно хохочет Евтушенко.
Пока мы разгружаем багажники, Лена шепчет мне восторженно:
– Лешка, с тобой не соскучишься! Где вы его нашли?
– Женя в Доме творчества отдыхает, случайно встретились.
– Господи, нам же никто не поверит, когда мы будем рассказывать, как на юг съездили!
– А фотографии на что?
– Ой, Леш! – Лена виновато улыбается. – Мы совсем забыли вам рассказать: вечером к нам соседи в гости придут.
– Не поверишь, еще и ребята мореманы приедут! Так что сегодня мы даем большой прием.
– Тогда с вас шашлык, а все остальное мы с девчонками берем на себя.
Вот за что люблю Лену, так это за ее хозяйственность и повышенную ответственность. Девушка четко понимает, что мужчины обязательно должны быть досыта накормлены. В этом они с Мирой Изольдовной совпадают на сто процентов.
Глава 14 Война ли, голод – пьет богема, убийства, грязь – богема пьет, но есть холсты, но есть поэмы, но чьи-то песни мир поет. И. Губерман
С доской для серфинга получилось очень смешно. Увидев, как легко скользит по волнам Юля в своем бикини, Евтушенко почему-то решил, что это – плевое дело. Вот сейчас он приноровится и так же эффектно прокатится на доске. Ага… фигушки! У нас-то три недели упорных тренировок за плечами – с наскока серфинг не освоить. Посмеиваясь, показали ему основные движения и честно признались, скольких неудач и падений стоила нам видимая легкость скольжения по волнам. Надо отдать Евгению должное – он не отступил. Упорно, раз за разом, пытался одним движением вскочить на доску и сохранить равновесие. И так же раз за разом летел в воду. Мы его упертость оценили и дружно заверили, что доска ему рано или поздно покорится, задатки-то отличные. Но… нужно упорно тренироваться, без этого никак. И пока мы с Левой занимались шашлыками и пекли овощи на шампурах, а наши девчонки что-то резали и стряпали на плитке, Димон с Юлькой выступали в роли его тренерской команды.