— Капитан, а тебя где так стрелять учили то? — Только сейчас, когда азарт боя немного схлынул, я понял причину неуязвимости монстров перед огнем пистолета-пулемета. Дело было не в малой убойной силе — просто Коновалов раз за разом мазал! — Ты какого рода войск капитан?

— Капитан буксира я! — Мда, о таком варианте я как-то не подумал. Видимо наряд его слишком сильно ввел меня в заблуждение. Не подумал, что в местных условиях таскать на себе гражданскую одежду — мода для самоубийц. — Жаж, аптечку! Да не мне, Павлу! Противошоковое дай и раны затвори!

— Какого хрена, а? Ну вот какого хрена? — Мужчина, которого чуть не загрызли, отчаянно матерился наблюдая за тем, как кровь стекает с его рук. То ли шипы то ли когти тварей распороли его плоть практически до костей и сейчас работник муниципальных служб держался на одном только адреналине.

— Познай милость Многолапой Богини, человек. — Проскрипел разумный жук и дотронулся до Павла чуть засветившимися жвалами. Раны просто не стало. Вот она есть, и вот её уже нет, только здоровая плоть, которой секунду назад в данном месте просто не существовало. Вот значит, как выглядит предлагавшееся мне в серой хмари чудесное исцеление. Буду знать.

— Почему эти твари так хорошо взаимодействовали друг с другом? — Задался я вопросом, нагибаясь над погибшим ящеропсом. Он действительно напоминал долго голодавшую борзую собаку, если бы ей кто-нибудь приделал варанью морду и пару десятков торчащих в разные стороны шипов как у ящерицы-молоха. — Человеческие зомби так не умеют. Или просто не хотят?

— Я не чую от них запахов, характерных для тех кто мертв внутри и движим только праной. Сие — обычные животные. — Разумный жук даже не сделал попытки вскрыть их, но его суждению я склонен был поверить. — Почти такие же жертвы сил зла, как и мы. Лишь менее везучие, раз не улыбнулась им удача и явно обделенные полноценным разумом.

— Зверей тоже свозят с разных планет заражают? — Задал я вопрос даже раньше, чем вспомнил чудовищного оленя.

— О да, — согласился Жаж. — Но почему-то на дюжину нормальных животных приходится лишь один, кому суждено стать монстром…Или богом, коль будет судьба милосердна к нему.

— Это как? — Заинтересовался я.

— Потом, все потом! — Коновалов буквально повесил мне на плечо шатающегося Юрия, который уже был плотно перебинтован и судя по чуть расширившимся глазам накачан в измерении серой хмари какой-то химией. — Жаж, даже не пытайся со мной спорить! Нам кровь из носу надо узнать, что случилось с караваном Коваля и почему они задерживаются, а просветительскую лекцию ты можешь прочитать и потом!