Немного отдохнув, принц вновь отправился на пристань и вновь имел беседу все с тем же самым чиновником, ныне выглядевшим весьма подавленным — как же, сразу столько смертей.
Парни? Какие парни? Расспрашивали о лоцмане и погибших? Нет, не помню… Хотя… Да-да, сейчас припоминаю — приходил какой-то такой… неприметный… писец? Может быть. Но если увижу — вряд ли вспомню. Лицо такое — никакое… А взгляд страшненький, так уж мне показалось. Вот он-то и спрашивал о том караване — искал какую-то женщину. Какую — не знаю, но он так сказал. Мол, не поможешь ли найти? Я ему и сказал, кто бы мог помочь… О боги! Так ты, уважаемый, думаешь, что… Нет? Но вполне возможно. Как утонул несчастный лоцман? О, этот бедняга, возвращаясь на своей лодке, видать, решил выкупаться. Нырнул — и головой о камень. Не повезло. Тело потом выбросило волнами на берег — весь левый висок раздроблен.
Да уж, не повезло. Принц только хмыкнул.
Левый висок? Избирательный какой-то камень попался. А что, если и здесь поработал тот… дубинщик⁈ Писцы все высмотрели, вызнали, а уж потом опытный убийца сделал свое дело — быстро и чисто. Да, скорее всего все так и было.
И что же теперь? Как искать? Надо попытаться поставить себя на место тех, кто охраняет наследника… возможного наследника, так. До них дошли вполне подтвердившиеся слухи о поисках… пришлось предпринять меры, надо сказать весьма своевременные и эффективные. Быстренько обрубили все концы. И что дальше? Ведь если ищут — тем более, если они узнали принца, — то ведь не остановятся, будут искать и дальше… Значит, ясно, что Шалтокан уже не является достаточно надежным убежищем. И что? Сменят его? Скорее всего да, по крайней мере, Куатемок на их месте так бы и сделал. И на этот раз уже не через пристань, купил бы лодку или нанял лодочника… Которого потом можно и утопить.
Памятуя о возможных соглядатаях, наверняка еще остававшихся среди собственных слуг и воинов, а возможно, и просто перестраховываясь, принц решительно зашагал обратно в судейский дом.
Надо сказать, следователь Ашкаятль был удивлен, правда, старался не показать виду:
— Что, уважаемый? Совесть замучила или что-то важное вспомнил?
— Хочу попросить тебя об одной услуге, любезнейший господин судейский.
— Об услуге?
— Да. Хотелось бы переночевать пару-тройку дней у вас, так сказать, в узилище. Опасаюсь за свою жизнь, знаете ли, а тюрьма — самое надежное место.
— Даже так? — Чиновник приподнял брови.
— Именно так, господин судейский. Уж не откажи, сделай милость. Если надо, я могу заплатить за ночлег.
— Заплатишь только за пищу, — хмыкнул Ашкаятль. — Не будешь же питаться отбросами.