Через несколько минут орудие было в полном порядке.

— Впечатляет, — присвистнула Искра, обойдя БТР и заглядывая мне через плечо. Я чувствовал её дыхание на своей шее. — Ты и правда можешь починить что угодно?

— Почти, — не оборачиваясь, ответил я. — Если хватит маны и компонентов.

Оставался последний штрих, аккумулятор. Я открыл тяжёлую крышку моторного отсека. Оттуда пахнуло тяжёлым запахом дизеля. Пока возился с кристаллами, мой взгляд зацепился за следы работы моего предшественника. Проводка была аккуратно перетянута, хомуты, хоть и неродные, сидели крепко. Пайка на одном из контактов была выполнена чисто, профессионально.

«А парень был не дурак, — с невольным уважением подумал я. — Знал своё дело. Не просто системный Ремонт жал, а руками работал. Понимал механику. Жаль его. Мы бы с ним, наверное, нашли общий язык».

— О чём задумался? — голос Искры вырвал меня из размышлений. Она стояла так близко, что я мог разглядеть веснушки на её носу.

— Да так, — я выпрямился, захлопывая крышку. — О том, что до меня тут работал толковый мужик.

— О мёртвых, значит, — она вздохнула и замолчала, глядя куда-то в сторону. В её глазах на мгновение погас озорной огонёк, сменившись тенью усталости и печали.

Ясно, вспомнила о родителях. Но эту тему лучше не трогать вообще никогда. Мне проще, ведь я не знаю, что с моими. А ей… даже представлять не хочу, насколько ей паршиво, ведь она убила собственных мутировавших родителей.

После такого кукуха запросто может улететь, так что Искра ещё молодец, держится. Прячет боль за цинизмом и сарказмом.

— Ну-у, не то, чтобы о мёртвых, — протянул я, стараясь разрядить обстановку. — Скорее, о том, что даже в таком дерьме, как этот мир, иногда попадаются люди, с которыми было бы круто выпить. Ну или, в нашем случае, починить что-нибудь и выпить.

Она прыснула и сказала:

— Знаешь, а ты не такой уж и зануда-технарь, каким кажешься. Когда не ворчишь про сопромат и не истекаешь кровью.

— Стараюсь разнообразить репертуар, — буркнул я, чувствуя себя немного неловко от такой внезапной смены тона.

— Кстати, о крови, — она снова стала прежней, дерзкой и насмешливой. — Бойцы там воды нагрели. Я уже опробовала. Ощущения божественные. Смыть с себя всю эту грязь, копоть, чужую и свою кровь… Тебе бы тоже не помешало, герой.

Она окинула меня оценивающим взглядом с головы до ног.

— Звучит как сказка.

— Так и есть, — ухмыльнулась Искра. — Особенно когда плещешься в тазике, а за стеной здоровенные мужики орут: «Эй, рыжая, тебе спинку потереть⁈»

Я фыркнул, хотя невольно ощутил укол чего-то очень похожего на ревность.