«Уважаемые маги! Согласно королевскому указу, в связи с чрезвычайной ситуацией в столице, возможность портального перемещения перекрыта! Введен так же ряд магических ограничений третьего порядка. Запрещена отсылка корреспонденции, магических посланий и магическая связь».
— Что? — опешила я. — Это еще почему? Что такого должно случиться, чтобы перекрыли порталы и письма?
Пока я пыталась еще раз воспользоваться порталом, в надежде, что это ошибка, с кровати послышался храп. Дракон заполз на кровать и снова зарапел.
— Вставайте! — сквозь зубы процедила я. — Ко мне сейчас приедет жених!
— Какой? — дернулся дракон, глядя на меня с подозрением. Он стянул с лица камзол.
— Запасной! — процедила я, посылая в дракона все лучи понимания.
У каждой девушки должен быть запасной план. А у девушки со смертельными долгами должно быть как минимум два запасных плана!
— Барон Максвелл Эволитт! — гордо произнесла я.
Глава третья. Очень целомудренный дракон
Глава третья. Очень целомудренный дракон
— Так ни звука! И не вздумайте вставать с кровати! — предупредила я дракона, спешно готовясь к важному свиданию. — Еще раз! Не вздумай вставать с кровати!
Стоя перед зеркалом, я мысленно убеждала себя, что вытерплю все, лишь бы не умереть от очередного заклинания «коллектора».
Я посмотрела на портрет моей тетушки, которая умела настолько отлично готовить заливную рыбу, что никто из восьми ее мужей не жаловался.
— Какая гадость… — хватался за живот очередной муж, падая на ковер. — Ваша заливная… рыба! И салат «Оливье»… тоже… гадость…
И все. Еще бы, жаловаться с того света как-то не принято.
Я достала второе платье, пошитое из персиковых штор гостиной. Оно выглядело очень миленько и скромно. Я схватила платье и нырнула за старинную ширму, быстро переодеваясь.
Дракон не подвал признаков жизни и сознания. Он блаженно храпел, сгребая себе все подушки с кровати.
— Вот так и лежи! — выдохнула я, поправляя локон.
Бросившись зал для приема гостей, я стала переворачивать портреты Лорда Генри на другую сторону. Вместо надменного темноволосого лорда появился светловолосый красавец — барон.
Достав старинный подсвечник и расстелив некогда роскошную скатерть, я стала выставлять чудом уцелевшие бокалы и пузатый бутыль вина, найденный мною в старинных погребах отца.
Остатки прежней роскоши были облагорожены иллюзией. Огонь в камине уютно потрескивал, а за окном крупными хлопьями валил снег.
Старинное зеркало отражало уютную гостиную, куда было собрано все самое лучшее, что можно было найти в замке. Блюда, украшенные иллюзией, выглядели очень аппетитно.