— Показалось, — вздохнула я, почти дойдя до двери, как вдруг музыка полилась снова. Позади меня кто-то играл, причем так вдохновенно, что мне с моими скромными талантами стало стыдно.

Я обернулась, снова видя дракона, с задумчивым лицом, колотящего пальцем ноту ре первой октавы.

Не этот раз я сделала вид, что собираюсь уйти. И обернулась на мгновение раньше, чем дракон успел сделать задумчивое и очень старательное лицо и выбрать клавишу для истязания.

— Кто вас учил так играть? — спросила я. Мои скромные таланты прятались за раненую гордость. Я даже подошла поближе и присела на рояль.

— О, это долгая история, — заметил дракон, ловко пробегая пальцами по клавишам. — Маменька и Папенька не сошлись во мнении, чем мне лучше всего заниматься. Маменька настаивала на музыке. Папенька на силовых упражнениях, потому что я — мужчина. Так что я ходил на уроки со своим роялем. Вежливо стучался, а после «войдите», вносил свой рояль и нес его через весь зал, чтобы поставить рядом с учительским. А после урока уносил обратно в свою комнату на третьем этаже. Единственное, что делали слуги — открывали двери! В итоге счастливы все. И папенька, и маменька.

— А почему вы не играете дальше? — спросила я, холодно глядя на дракона.

— Просто дальше я не знаю, — ответил он мне дракон. — Я съел своего учителя. Он говорил: «Ре нужно играть нежно, словно дистрофик гладит хрупкую бабочку!».

— Прости, что разочаровал тебя, — вздохнул дракон, мило улыбаясь.

— О, да ты такой сильный, — томно вздохнула я, глядя на то, как дракон смотрит на меня с явным интересом. — Так тонко чувствующий прекрасное… К тому же можешь поставить красавицу в неудобное положение…

Он выглядел явно польщенным. Его взгляд соглашался со всем.

— Тогда какого красавица — елка все еще лежит возле дверей? — удивилась я, разрушая очарование собственного флирта.

— Наверное, потому что она пала от власти моих чар? — с моими же интонациями пояснили мне. — И сейчас просто лежит…

— В глубоком обмороке? — усмехнулась я, вставая и идя к заснеженному окну.

— И на будущее, чтобы вы знали. Глубоким обморок становится только в том случае, если им кто-то воспользуется… А пока им никто глубоко не воспользовался, это просто обморок, — заметил дракон, наигрывая что-то на моем инструменте.

Мне кажется, что я о чем-то забыла. Об очень важном… Ладно, вспомню, скажу!

Стоило мне обернуться, как я увидела, что дракон уже втаскивает елку. Я бросила заклинание, которое намертво приклеит ее к полу.

Ель возвышалась и упиралась макушкой прямо в потолок.

— И чем же мы будем ее наряжать? — спросил дракон. — У тебя елочные игрушки есть?