Отложив книгу, я легла на кровать. Сна не было ни в одном глазу. Но постепенно усталость заставила меня сомкнуть глаза.

Я проснулась, чувствуя, что мне тепло и уютно. Лениво и устало я повернулась в ту сторону, где лежал дракон, но его там не было!

Его подушка лежала на месте. Она была примята. Я провела руками по одеялу, понимая, от чего так тепло! На мне было два одеяла. Одно лежало поверх второго.

— Не поняла? — удивилась и слегка перепугалась я, сползая с кровати. Закопченный подсвечник оказался в моей руке. А черных фитилях оплывших огарках загорелись магические огоньки.

С противным скрипом я открыла приоткрытую дверь комнаты. Свет свечей прыгал по черным стенах. Уютный желтый свет освещал кирпичи. Я спускалась вниз, прислушиваясь.

— Неужели он улетел? — удивилась я, приподнимая подол длинной рубашки. С одной стороны, если дракон улетел, так будет лучше для всех. Я выйду замуж за барона, мы проживем с ним … эм… кто сколько сможет!

Я остановилась, поймав себя на странной мысли. Пламя свечи осветило старый коридор, который выглядел совсем заброшенным.

— Почему я его ищу? — удивилась я самой себе. И мне вдруг стало ужасно стыдно. — Значит, сама прогоняла, просила улететь. И ведь правильно делала! Как чувствовала! — На нем магическая клятва. Если он не выполнит, то умрет… так зачем ты вскочила посреди ночи и собираешься искать его по всему замку!

— Почему я его ищу? — спросила я еще раз, глядя на пламя свечей. Может, если бы мы встретились при других обстоятельствах, у нас бы все сложилось по-другому! Я видела уже не свет свечей, а уютный огонь камина, возле которого играют дети. Мои губы дрогнули. «Мама! Папа!», — слышались голоса, словно издалека. Рядом со мной сидел дракон, перебирая мои волосы, пока я гладила его руку. А на нас с семейных портретов смотрели наши предки.

Я сглотнула, ожесточив свое сердце. Посмотрев наверх, в башню, а потом темноту начала ступеней. А потом в какой-то странной, неловкой растерянности, я присела на ступеньку.

Если бы кто-то ненароком набрел на полуразрушенный замок, чудом уцелевший после такого количества приключений, зашел в него и случайно поднялся в правое крыло, то увидел бы девушку, сидящую на холодных ступенях. А рядом стоял подсвечник, в котором догорали магическим огнем три свечи. Она сидела бы, как героиня романов, поджав ноги и пряча их под обтрепанными рюшами старой ночной сорочки, которая передавалась из поколения в поколение. И в которой прошла первая брачная ночь ее прапрабабушки. Другой у нее просто не было. Все шелковые, атласные и батистовые ночные рубашки были проданы, чтобы купить хоть немного еды.