Глава двадцать шестая Жесткие переговоры (часть первая)
— Так значит взбунтовавшийся вассал, желающий освободиться от гнёта своих создателей? — Георг Первый в роскошном синем военном мундире с золотыми эполетами стоял у огромного бронированного иллюминатора и наблюдал за перестроением звездолётов своей армады.
У меня сложилось впечатление, что новость о «композите» Императора совсем не удивила, и следующие же слова кунг Георга подтвердили эту догадку.
— Мои советники предполагали такой вариант. Но это ничего не меняет. «Композит» допустил серьёзную ошибку, атаковав корабли Империи. Война объявлена, и хоть главной целью военной кампании остаются триллы, у союзного флота хватит сил и на нового врага.
— Предположу, что Император заранее знал, что его флоту предстоит встреча с «композитом», — подала голос сидящая в роскошном кресле кронг Кисси Мяу, величественная в белоснежно-сверкающем платье и с бриллиантовой диадемой правительницы на голове. — Иначе не повёл бы в этот поход такую избыточную против одних лишь триллов военную мощь.
Миелонка лэнг Айни Ури-Миайуу, кандидатура которой в качестве единственной переводчицы на этом собрании устроила всех трёх переговорщиков, перевела речь Великой. Но реакция Георга Первого оказалась неожиданной. Император резко обернулся и, глядя кронг Кисси прямо в глаза, заявил с упрёком в голосе.
— Меня не оставляет ощущение, что вы оба, — Георг указал на меня и правительницу миелонской расы, — просто слепые котята! Вы совершенно не ориентируетесь в ситуации, тычетесь наобум и оттого делаете неверные выводы, а зачастую даже совершаете нелепые и опасные поступки.
Перед началом этой встречей в узком кругу сама Великая настояла, чтобы переговоры проходили максимально открыто и честно, без совершенно неуместных в сложившейся серьёзной ситуации лести и дипломатических расшаркиваний. Мол, тут собрались союзники в войне, и скрывать друг от друга нам нечего. И потому кронг Кисси Мяу предложила говорить только правду прямо в глаза, пусть даже эта правда будет тяжёлой. Мне было без разницы, Георг Первый же с готовностью согласился на такие условия и приказал слугам убрать стоявший на столе переговорной комнаты алкоголь — мол, гости выбрали серьёзные переговоры, а не посиделки. И с самого начала повёл переговоры очень жёстко, не церемонясь и не щадя чувств собеседников. Порой, как в данном эпизоде, даже перегибая палку. Зрачки Великой опасно сузились, кронг Кисси Мяу всё-таки не привыкла к таким граничащими с оскорблением выпадами.
— Пояснишь свои резкие слова, человек?