— Ага, спасибо… — потянулся я за шортами… и сослепу промахнулся, коснувшись девичьего запястья.
Тонкого, но крепкого. И крайне приятного наощупь.
Н-да… в очередной раз повёлся на девчачий развод, и, как показала практика, в очередной раз напрасно: меня при касании словно молнией пронзило — да-да, от макушки до пят. И, полагаю, только лишь по этой причине мои пальцы сомкнулись на её ладони. Говорю же, электричество! Неконтролируемый спазм! Ну, из-за которого провод под током нужно проверять исключительно тыльной стороной ладони, чтобы в случае чего рука отдёрнулась? Вот я на этом и погорел, хе-хе. Ну а то, что Милли не стала высвобождать руку, это уже она сама виновата. Потому что как-то вдруг само собой получилось, что девушка оказалась не просто в душевой кабинке, а конкретно в моих объятиях… и в себя мы пришли, во-первых, нескоро, а во-вторых, в кровати…
Глава 2 It’s a kind of magic
… что характерно, вовсе не в той, что нынче ночью досталась мне. Или не только нынче? Кста-а-а-ати!..
— Мил?..
— А?..
— А который час?..
— Вырубаев! — возмущённо нависла надо мной Милли, оперевшись на руки.
И да, не только она сама, но и некие её… весьма, скажем так, средненького размера… достоинства прямо перед глазами замаячили, хе-хе! Нет, вы не подумайте, я не жалуюсь. Мне и раньше в Милке всё нравилось, даже, кхм, бойкий и задиристый характер. Плюс удивительная пропорциональность. Ну а теперь я и вовсе в неё влюблённый. Что и немудрено, после всех этих восхитительно проведённых — кстати, где только не! вплоть до, кхм… ладно, об этом скромно умолчу! — часов. Упоительно долгих! Прямо-таки бесконечных! И да, это вам не это, в смысле, не услуга на коммерческой основе, и не дополненный функционал виртуальности. Это по-настоящему, это на самом деле. И оно того стоит. В том числе и всех потенциальных неприятностей. Каких? Про вынос мозга даже говорить не буду, к этому я уже морально подготовился. Но есть ещё, к примеру, некий поручик Купфер, Назар Лукич, он же мой куратор. И он же, что удивительно, родной — и старший! — братец моей пассии. Родители её, опять же… да и мои — до сих пор игнорируемые — близкие и дальние твердянские родственники. Что-то они скажут? А и пофиг! Подумаю об этом завтра, как говаривала одна небезызвестная литературная героиня.
— Чего «Вырубаев»⁈ — возмутился я. — Я что-то не то сказал?
— Да нет, ничего такого, — потупилась девушка. — Просто… неожиданно как-то! Не привыкла я к таким вопросам, да ещё и в такой обстановке! Типа, всё настолько ужасно, что ты уже от меня сбежать намылился⁈