Жить на нем легко и просто,
Чунга-Чанга!
Наше счастье постоянно —
Жуй кокосы, ешь бананы,
Жуй кокосы, ешь бананы,
Чунга-Чанга!
Чунга-Чанга — места лучше нет,
Чунга-Чанга — мы не знаем бед,
Чунга-Чанга — кто здесь прожил час,
Чунга-Чанга — не покинет нас!
— Это всё уже написано? — а как глаза загорелись у волосана!
— Вечером деньги — утром стулья. Песни ещё не все написаны, кроме того, я не умею писать сценарии — я же говорил. Мне понадобится помощь. Текст сказки я напишу, а превратить это в сценарий — ваша забота. Только сначала — выступления в Краснотурьинске. Приезжаете на выходные, даёте в субботу спектакль во Дворце металлургов, а в воскресенье — во Дворце строителей. Песни я сначала съезжу зарегистрирую в Москву. Думаю, после ваших спектаклей их даже в ресторанах петь будут, и на всех голубых огоньках. Дети в каждом пионерском лагере страны будут всё лето горланить.
— А ведь скорее всего, так и будет. Хорошо. Мы согласны, так ведь, Юрий Ефимович?
— Не терпится начать.
Глава 8
Событие сорок второе
Такси домчало из Домодедово до Лаврушинского переулка за час. Пробок нет, никто не пытается обогнать и подрезать. Может это и неплохо, когда нет в каждой семье машины? А ведь уже начали строить ВАЗ. 3 января 1967 года, в день его появления в этой реальности, ЦК ВЛКСМ объявил строительство Волжского автозавода Всесоюзной ударной комсомольской стройкой — и уже 21 января 1967 года был вырыт первый кубометр земли под строительство первого цеха завода — Корпуса вспомогательных цехов (КВЦ).
Адрес известен каждому человеку в России, да и очень многим в СССР. Прямо напротив Дома Писателя находится знаменитая Третьяковская галерея. Вот у входа в неё Пётр и расстался на время с товарищем Макаревичем. Чтобы не потеряться, договорились встретиться здесь же в семь вечера. Пётр достал из кармана один из трофеев набега на клад в Свердловске — это был перстень с красным камнем. Перстень был явно старинный, а рубин был не огранён. В смысле, граней не имел, и Пётр, не являющийся знатоком огранки и вообще ювелирных украшений, вспомнил только слово — кабошон. Наверное, он и есть. Сам перстень из жёлтого металла был нелепо грубым — словно ученик свою первую работу делал.
— Марк Янович, мне нужно, чтобы вы тряхнули своими старыми связями и нашли выход на дипломатов маленьких европейских стран, типа Бельгии. Мне нужны семена. Любые семена — цветы, ягоды, картофель, злаки, деревья, кустарники. Одним словом — всё. Расплачиваться будете вот этим, — Штелле протянул ему перстень с рубином.
Бывший подпольный ювелир принял грубую поделку и, прикрывая одной рукой от возможного любопытства прохожих, повертел в правой руке. Даже на палец надел.