Пришлось, сделав над собой дополнительное усилие, кое-как размежить веки. Раза с пятого получилось, но яснее обстановка не стала. Я даже было решил, что и со зрением проблемы — вон, вместо внятной картинки какое-то непонятное пятно, и даже без извечных артефактов! Но потом мозг из ватного состояния перешёл в… стекловатное, блин! Такой мигрени у меня ещё не было, даже когда особенно «жирные» «инфобомбы» рассасывались! Серое вещество как кипятком ошпарило… ладно хоть, очень быстро это ощущение притупилось. Окончательно боль не ушла, но стала хотя бы терпимой. Я бы даже сказал, фоновой. Ну и заодно остальные чувства стабилизировались: стих нестерпимый звон в ушах, да взгляд сфокусировался. В результате я понял, что лежу… где-то, уткнувшись мордой в почву. Если точнее, то левой щекой. Ну и хватанул на вдохе пылищи! И ртом, и носом, от души. Поэтому, кстати, и запахов никаких не чую. Впрочем, не бывает худа без добра — закашлялся, задёргался всем телом, и таки заставил заработать нервную систему в конечностях.

По коже (или под ней, по мясу?) прошлись мелкой наждачкой, но с ошпаренностью мозга это ощущение и рядом не стояло — я даже не застонал. Зато наступило осознание, что я распластан всем телом на довольно ровной и относительно плоской поверхности, раскинув руки-ноги. Один в один витрувианский человек Леонардо да Винчи, тот, который в круг вписан. А прямо подо мной, аккурат под грудной клеткой — «калаш». Он и давит на запасные магазины в почах «разгрузки», а уже те в свою очередь — мне на рёбра.

Что ещё? В левой ладони что-то зажато. «Планшетник»-артефакт? Хорошо, если так. Но пока не проверить — шея не шевелится, чтобы головой ворочать. Впрочем, руки уже слушаются, пусть и с трудом, так что можно — и нужно! — разогнать кровь по жилам. А для начала собрать в кучу грабли, поджать ноги, да перевалиться на спину — неуклюже и с громким кряхтением, но зато успешно! Ф-фух, совсем другое дело! Сор в глаза попал, но это уже детали — проморгаюсь. Главное, ноги в коленях сгибаются, голеностоп тоже работает, так что как минимум я не обезножен. А это уже половина успеха — в случае чего хотя бы передвигаться на своих двоих смогу. Да и руки вроде бы целы. «Калаш», опять же! Да ещё и с боекомплектом! Живём, в общем. Ещё чуток отлежаться — минут пять хотя бы — и можно будет попробовать сесть… сразу, как только кровь в ушах перестанет грохотать набатом.

Ну, что сказать? Получилось! Заодно пододвинул к себе поближе автомат, благо до ремня даже тянуться особо не пришлось, да сунул в левый брючный карман артефакт, автоматически отметив, что тот пребывает в «спящем» режиме. Вернее, мне бы хотелось на это надеяться. А так не исключено, что он накрылся известным местом. С чего бы вдруг? Так мой незапланированный скачок штатным при всём желании не назвать! Однозначно что-то пошло… по тому же самому известному месту. Но я пока что на медитативные техники абсолютно неспособен, слишком уж сенсорика… скажем так — встопорщена. Как иголки у того ёжика, которого половыми органами покрыли. Словесно, разумеется. Ну, или как шерсть на загривке у Сигизмунда, когда он напуган. Я это всем своим естеством ощущаю. Как, почему — даже не спрашивайте. Чую, и всё тут.