Подбодренный этой мыслью, я фыркнул, помотал головой и для пущего эффекта потёр ладонями щёки, благо Серёга к этим моим телодвижениям отнесся с пониманием — сам такой же. В смысле, приверженец народных средств борьбы с сонливостью. Сколько он там, сказал, осталось? Пятнадцать километров? Плюс по самому городу попетлять… ну да, с полчаса минимум у меня ещё есть. Хватит, чтобы мысли в порядок привести, да более-менее правдоподобную отмазку придумать. По какому поводу? А ни по какому! По совокупности. Но, конечно, в основном из-за Хорхе. Вряд ли мы его по позднему времени куда-то ещё пристроим, кроме мастерской. А на неё у моей зазнобы наверняка уже собственные виды имеются. И лишний свидетель ей совершенно ни к чему. Так и придётся, скорее всего, к ней тащиться. Или Вову озадачить? Его трофей, вот пусть и суетится! Точняк! Так и сделаю! Тут главное действовать неожиданно, чтобы он опомниться не успел. Иначе какую-нибудь отмазку придумает. Или просто свалит в туман, и гоняйся потом за ним!..

— Серёг?

— А?..

— А ты можешь Гансу намекнуть, чтобы он на Вовины посулы не вёлся и ехал строго за нами?

— Э-э-э… могу. А зачем? — невольно заинтересовался охотник.

— Да вот, понимаешь ли, опасаюсь, что он прямиком в гостиницу свалит, под предлогом пред-предбрачной ночи, а трофей нам с тобой оставит, — пояснил я.

— А! — дошло до Серёги. А потом дошло окончательно: — Эй! А я-то тут каким боком⁈

— Ну, ты же не выбросишь этого вон придурка на обочину? — кивком указал я на заднее сиденье, на котором молча страдал Хорхе.

— Ну… да…

— Значит, надо подстраховаться! — добил я водилу. — Короче, делай что хочешь, но чтобы Ганс на Вовины посулы не вёлся! Иначе нам с тобой вот этого лишенца куда-то пристраивать придётся… на ночь глядя, что хуже всего!

— Да, не хотелось бы… — задумался Серёга. — Эй! А в мастерскую к вам?

— Серый! — уставился я на него укоризненным взглядом. — В мастерской я живу! Я! Ну и ещё кое-кто набегами бывает… и ей лишние люди вот вообще сегодня никуда не упёрлись!

— Ну а если больше некуда?

— Ну вот сам ей это и объяснишь! — откинулся я на спинку кресла с изрядным облегчением. — Я тебя за язык не тянул! А я умываю руки.

— Инке-то⁈ — содрогнулся от нехорошего предчувствия охотник. — Не! Сам, Олег! Всё сам! До мастерской вас доброшу, и всё на этом!

— Вот поэтому и нельзя допустить, чтобы Вова слился! — снова с жаром принялся объяснять я. — Он затрофеил, он пусть и разруливает!

— Не, Профессор, даже не уговаривай! — неожиданно упёрся Серёга. — Я Ганса так подставлять не буду! Мне ещё с ним работать! И — не поверишь! — даже спиной к нему в бане поворачиваться!