Надя шла, гневно сопя.

«А если он дурачком останется?», — испугалась Надя, пряча камень за спиной. «Дорогая моя! Тараканы принца уже давно покинули его голову. Из-за отсутствия карьерных перспектив!», — утешила Мадам Сижу, баюкая совесть.

Гулкие коридоры эхом отражали их шаги.

«А что если он перепугается и начнет заикаться?», — вспомнила Надя страшилку из детства. «А ты думай об этом, как об отличной профилактике запоров! У каждого лекарства есть свои побочные эффекты!», — заметила Мадам Сижу.

Надя сглотнула и перехватила камень поудобнее. Но все равно она не решалась нанести предательский удар в спину.

«Но мы же, как бы бьем, в спину! Это нечестно!», — взыграла Надина совесть. «Двое на одного — это нечестно. Двое на одну — это нечестно по отношению к другим женщинам!», — ответила Мадам Сижу.

«А вдруг он потом инвалидом будет?!!», — ужаснулась совесть Нади. «Ну на руках носить не сможет. Однако, на шее тоже неплохо!», — успокоила Мадам Сижу.

Надя отставала. Совесть уже обгладывала ее, заставляя чувствовать себя самой подлой на свете.

— Нет! — скрипнула зубами Надя.

Она чувствовала себя намного выше этого! И на такую подлость была не способна! Еще бы нанести удар в спину принцу, пусть даже такому, было бы мерзко и отвратительно!

Между ней и принцем было шагов десять. И принц даже не обернулся посмотреть, идет она или нет!

— Нет! — повторила Надя и решила бросить камень от греха подальше. Она целилась в колонну слева, словно хотела отомстить этому лабиринту за все свои мучения, как вдруг…

— Ой, — опешила Надя, глядя на свои руки. А потом на принца, который покачнулся, получив камушком по темечку. Он прижал руку к голове и еще раз покачнулся, поворачиваясь в сторону обалдевшей от своей косорукости Нади.

— Что это было? — спросил принц голосом, напоминающий голос пьяного. Его снова повело в сторону.

— Женская обида, — ляпнула Надя, видя, как принц заваливается на пол.

— Попался! — опомнилась Надя, бросаясь к принцу.

«Быстрее! Пока он в себя не пришел!», — торопила Мадам Сижу.

Сейчас Надя напоминала маньяка, торопливо раздевающего мужика, пока он не очнулся! Застежки камзола соскальзывали. Надя высунула язык от переживаний, расстегивая каждую.

Тонкую рубашку пришлось оттянуть, чтобы увидеть замочную скважину.

— Да что ты будешь делать! — руки Нади дрожали. А она всячески пыталась попасть ими в замочную скважину.

«Ты что? Попасть не можешь? Так послюнявь!», — торопила ее Мадам Сижу, холодея с каждой секундой проведенной на принце.

— Темно, ничего не видно, — простонала Надя. Если бы принц стоял вертикально, то она бы попала. А вот с лежачим были проблемы. Грудь принца вздымалась, а Надя пыталась направить руку точно в цель.