— И как же вы меня нашли?

— Это было несложно. Чтобы Черный принц побывал в Германии и не встретился со своими корсарами… решительно невозможно!

— Умно. Но я все же не понимаю, чем вызван ваш интерес к моей скромной особе?

— Исключительно делами службы, принц. У меня есть для вас послание от графа де Морни.

С этими словами он подал мне конверт из плотной белой бумаги, лишенный каких-либо печатей и гербов.

— Могу ли я надеяться на ответ? — с присущей французам легкой изысканностью как бы между прочим задал уточняющий вопрос, но, судя по всему, ответ его крайне интересовал. Что ж, немного потянем интригу.

— Все зависит от того, что мне написал ваш министр, — сохраняя совершенно невозмутимое выражение лица, спокойно ответил я.

— Если угодно, я подожду.

Мне оставалось лишь некий неопределённый жест рукой, мол, дело ваше и меня никак не касается. Если угодно, стойте и ждите, а нет, так идите куда хотите…

Шарль Огюст Жозеф Луи граф де Морни был поистине уникальным человеком. Единоутробный брат Наполеона III, чуть ли не гордившийся своим незаконным происхождением. «В моём роду были бастарды от матери к сыну на протяжении трёх поколений, ­– говорил он. — Я правнук великого короля, внук епископа, сын королевы и брат императора». Если я ничего не путаю, после войны он станет послом в Петербурге и большим русофилом, из-за чего даже женится на русской аристократке.

В письме этот достойнейший господин уверял меня, что Париж не имеет никакого касательства к обстоятельствам нападения на мою скромную персону и что более того, они решительно осуждают и негодуют вместе со всем цивилизованным миром. Верить его словам? Персонаж действительно интересный. Человек, ухитрявшийся быть одновременно сторонником Орлеанского дома и одним из ближайших сподвижников и даже наследников императора, министр иностранных дел, а заодно президент Законодательного корпуса Франции. Один из ключевых участников переворота, приведшего Наполеона III к власти. В откровенном обмане и бесчестье замечен не был… Да и момент для начала прямых контактов на самом высоком уровне действительно подходящий… и все же риск очевидный… да, есть о чем подумать.

В финале короткого послания граф предлагал негласно встретиться на нейтральной территории. К примеру, в Бельгии или в любом другом месте, которое я сочту удобным.

Должен признаться, что неожиданным этот ход для меня не стал. У французов сложная ситуация. Им самое время начать переговоры и потихоньку выруливать из ямы, в которую они себя загнали. Благо, момент вполне подходящий. Несмотря на обидное поражение в Крыму, спешно внедряемые технические новинки вроде тех же броненосных батарей позволяют вести переговоры если не с позиции силы, то хотя бы на равных. Мы, дескать, всей душой за мир, но всякий, кто посмеет в этом усомниться, получит по сопатке! В общем, самое время мириться, благо у французов такой союзник, что с ним и врагов никаких не надо…