— Иногда даже в ущерб делу. В твоем случае, так уж точно. Так что, мы договорились?
— Я уеду завтра…
— Сегодня!
— Как будет угодно вашему императорскому высочеству.
Глава 20
Впрочем, день рождения Кости и скоропостижный отъезд Светлейшего оказались далеко не единственными поводами для радости. Заведенный по моему настоянию телеграф время от времени приносил и приятные вести. Из Николаева сообщили, что четыре заложенные там канонерские лодки шанцевского типа уже прошли испытания и укомплектованы. На Олонецком Александровском пушечно-литейном заводе изготовили первую опытную партию нарезных орудий. Не бог весть что, на самом деле. Дульнозарядные, с чугунными стволами стянутыми стальными кольцами, но ведь сделали же!
Но самые чудные новости пришли с берегов далекого Белого моря. Непонятно как попавший в эти суровые края Шестаков сумел не просто отразить разбойное нападение на совершенно беззащитную Колу, но и ухитрился взять на абордаж новейший паровой английский шлюп. После чего он, очевидно, не желая успокаиваться на достигнутом, разгромил всю союзную эскадру… Этому сообщению, я признаться, сначала не поверил. Российское телеграфное агентство иной раз и не такое выдает. Но во время боя в плен попали несколько британских и французских офицеров, сообщившие некоторые подробности этого славного дела…
* * *
Первая неделя после битвы с английским шлюпом пролетела незаметно. Сначала, как положено, отслужили панихиду по павшим за Отечество воинам, затем по русскому обычаю хорошенько отпраздновали победу, и только после этого руки дошли до всех прочих дел.
Для начала нужно было решить, какой корабль ремонтировать в первую очередь «Гертруду» или «Миранду»?По-хорошему следовало, конечно, шлюп, но трофей сильно пострадал в ходе боя. И если повреждения палубы или такелажа еще как-то можно было исправить, то возможности для починки паровой машины в забытом богом северном городишке не имелось.
Волей-неволей пришлось сосредоточиться на паруснике, а заодно усилить, раз уж представилась такая возможность вооружение «Аляски». Четырнадцать английских 32-фунтовых пушек, шесть из которых имели поворотные станки, заняли места на палубе русского рейдера, сделав его действительно грозной боевой единицей. Прежняя же артиллерия, кроме пары легких пушек, поставленных на «Гертруду», отправилась на берег.
Был самый разгар работ, когда в Кольское устье вошел тяжело груженный рыбацкий карбас. В принципе ничего необычного в этом не было, потому как война войной, а есть всем надо и на промысел рыбаки хоть и с опаской, но ходили. Но поскольку неизвестные промысловики проявили неподдельный интерес ко все еще сидевшему на мели английскому шлюпу, на перехват им вышел вооруженный пушкой баркас, с которого приказали немедленно пристать к берегу.