Вероятно, это было не лучшим решением, поскольку выдержавшие удар французы лишь ускорили шаг и плотнее сплотили свои ряды. Следующий залп был уже ближней картечью [1], выкосившей передние шеренги атакующих, но и он не смог остановить порыв гальской ярости. Но прежде чем волна атакующих захлестнула позиции русских артиллеристов, между ними оказались спешенные донцы из двух сотен прикрытия.

Так уж сложилось, что казаки издавна покупали оружие за свой счет. И потому большинство их ружей помнили еще времена нашествия Бонапарта и оставались кремневыми. Но сейчас это не имело особого значения, поскольку после первого же нестройного залпа дело дошло до белого оружия. И тут в тесноте и темноте преимущество оказалось на стороне вертящихся как черти донцов.

Тем не менее, силы противников были несопоставимы, и когда казалось, что французы вот-вот одержат верх, на их фланг снова обрушились конные казачьи сотни. Тацына лично повел донцов в атаку и первым врубился во вражеские ряды, топча ненавистных ему французов конем и пластая саблей. Те в ответ пытались заколоть его штыками или стащить с лошади, но верткий как вьюн полковник оказался для них слишком крепким орешком. И вскоре не выдержавшие натиск линейцы, потеряв своего командира и многих офицеров, начали в беспорядке отступать.

На сей раз русские не стали их преследовать, а подобрав своих убитых и раненых, растворились в окружающих степях. Не забыв, разумеется и артиллерию.

Как сказал некогда один мудрец — все хорошее когда-нибудь заканчивается. Кончились и ракеты у Щербачева. Быстро подобрав треноги, его подчиненные погрузили их на спины вьючных лошадей, после чего батарея спешно покинула свою позицию.

Уже светало, когда их нашел довольный как объевшийся жирной сметаны кот, полковник.

— Молодец! — похвалил он вымотавшегося за ночь поручика. — Нагнал страху на лягушатников!

Не знавший что ему ответить артиллерист просто пожал плечами, дескать, мы старались…

— А это у тебя что? — показал на порванный эполет Тацына.

— Даже не знаю. Может пулей зацепило…

— Не ранен? — Проявил необычное для него беспокойство о подчиненном казак.

— Нет. Вроде бы… — ощупал плечо поручик.

— Вот и славно, а то лекарей у нас нет, — усмехнулся Тацына, после чего перешел к делу. — Ракет много осталось?

— Никак нет, — вздохнул Щербачев. — Все выпустили…

— Чего же вы ждете? — изумился казак. — Ну-ка бегом в арсенал или где там они еще есть! А то завтра французов и угостить нечем будет!

— Вы собираетесь следующей ночью устроить такое же нападение?

— Нет, — покачал головой сразу посерьезневший полковник, после чего доверительно наклонившись к молодому офицеру вздохнул. — Мне бы старому дурню сразу казаков отвести. Порубали две роты и будет. Так нет же…