[*.*] — Ага. Верь себе, раз так хочется. Из тех, кто уже посмотрел её «Песню на неизвестном языке», кто–нибудь что-нибудь понял? А я — да! Это заклинание на древнем языке. Сейчас японцы начнут его везде повторять, и нам конец!

[*.*] — Это был межпланетный язык. ЮнМи — инопланетянка, упавшая к нам со звезды.

[*.*] — «Мозговой полип»?

Боже, откуда вы только такие берётесь…

[*.*] — Не переживайте вы так! Никто нигде не умрёт. Слышали, прокуратура взялась за пересмотр дела о краже? Тогда Агдан вытащила кошелёк у престарелой аджумы. Сейчас наше правительство потребует у ниппонцев выдать воровку, потому что она преступница, и посадит её в тюрьму. А в тюрьме — мощные антимагические стены, стопроцентно гасящие любые заклинания, кх–кх–кх…

[*.*] — СРОЧНО ВСЕМ!! АГДАН НЕ ВИНОВАТА!!! СМОТРИТЕ ПО ССЫЛКЕ — ПРИЗНАНИЕ МОШЕННИЦЫ! АГДАН НИ В ЧЁМ НИ ВИНОВАТА!!

Ткнув мышкой в прикреплённый к последнему сообщению адрес, СунОк переходит на видео–файл с заголовком «АГДАН НЕ ВИНОВАТА!!» и запускает его. Смотрит с самого начала до конца, затем хватает свой телефон и начинает звонить маме.

Время действия: этот же день, ближе к обеду

Место действия: агентство '

Gizo

Studio'

Будучи внезапно выдернутым с «хореографической практики», сижу, смотрю на планшете менеджера присланное Акирой видео, «которое мне срочно нужно увидеть». На экране рыдает старая аджума, в которой, пусть не с первого раза, но таки узнал свою «обвинительницу». Время, прошедшее с момента нашей последней встречи, было к ней безжалостно. Вид у тётки стал — «в гроб краше кладут».

— Я обманула, — в соплях и слезах гундосит аджума, — Пак ЮнМи ничего не воровала у меня. Она честная и очень хорошая девочка!

— Зачем же вы говорили неправду? — спрашивает у неё молодой мужчина с микрофоном в руке, видимо журналист.

— Я очень больна, и мне нужны были деньги, чтобы покупать лекарства. Поэтому я согласилась, когда меня попросили солгать. Простите меня… Мне так стыдно…

— Разве у вас не было другого способа получить медицинскую помощь? В стране существуют программы социальной помощи.

— Я хотела жить!! — кричит в ответ аджума, выпрямившись и даже, кажется, сверкнув глазами. — Жить! Вы не поймёте этого, пока сами не почувствуете приближение смерти! Мне нужны были действенные лекарства! Они дорого стоят, и из–за этого в программе социальной помощи их нет… Я продала всё, что у меня было, но денег всё равно не хватало. Вот почему я была вынуждена согласиться, когда мне предложили продать свою душу… Я хотела жить! Жить, вы понимаете⁈

— Кто вам предложил «продать душу»?