Пауза. Присутствующие в кабинете мужчины смотрят на меня как на инопланетянина. Не, ну а что такого? Всё правильно. Вон, — молчат, проглотив языки, видно возразить нечего.

Капитан неожиданно закашливается.

— То есть, вы говорите, что достойны награды. — откашлявшись, уточняет он. — Так?

— Данное решение целиком и полностью находится на усмотрении командования. — отвечаю я. — Неприлично требовать награды. Скромность украшает людей. Девушек — особенно.

— Сангса, у вас такой вид, словно совершенно уверены, что это сойдёт вам с рук! — с возмущением восклицает начальник штаба.

— Почему бы и нет? — с удивлением спрашиваю у него я. — Если вы решите меня наказать, то вам придётся объявить — за что. Неужели вы хотите заявить на весь мир, что вся эта суета произошла только потому, что какой-то корейский военнослужащий с перепугу нажал не ту кнопку?

С удовольствием смотрю на вытянувшиеся лица собеседников. А вы что думали, я тут щи лаптем хлебаю? Капитан снова кашляет.

— Ах… — открыв рот, чтобы что-то сказать, но не найдя слов, просто выдыхает начальник штаба.

— В армии всегда найдётся способ, чтобы дать почувствовать военнослужащему его неправоту. — авторитетно произносит командир части, выступая вместо «слившегося» майора.

— Не сомневаюсь, что в такой уважаемой организации, как армия, имеющей многовековой опыт управления людьми, не найдётся такого способа. — делая вежливый поклон в сторону подполковника, не спорю я. — Только я не ощущаю себя частью армии, хоть и ношу военную форму. Я ощущаю себя первой кореянкой в истории, номинированной на американскую премию Грэмми, выбор победителей которой состоится уже совсем скоро. Ощущаю себя звездой эстрады, медиа-личностью, дающей множество интервью. Вы действительно хотите, чтобы в одном из них я рассказала, как всё было на самом деле? Что шестой флот США зря взбивал винтами воду?

Ошеломлённая пауза, в которой происходит обдумывание прозвучавшей угрозы.

— Сангса. — произносит капитан. — Какую цель вы преследуете, используя шантаж?

— Во-первых, — хочу, чтобы со мной обращались бережно. — отвечаю я. — А во-вторых, — хочу, чтобы меня уволили из армии. Прошу прощения, но мы с ней не созданы друг для друга.

— Уволить вас нельзя. Вас можно только демобилизовать. — улыбнувшись, говорит мне капитан. — А ваша угроза про интервью может быть легко парирована. Достаточно взять с вас подписку о неразглашении.

— Подписку о неразглашении государственной тайны? — уточняю я. — Насколько помнится, правила, регламентирующие обращение с государственной тайной, запрещают делать её носителем несовершеннолетних. А я как раз ещё не вышла из нежного возраста. Вам придётся нарушить закон, чтобы проделать такой трюк, господин капитан.