Та начинает кивать, показывая, что «да, поняла». Но опять молча. Да что же это с ней такое сегодня?

В этот момент в класс, где мы общаемся с ХеРин, заглядывает ХаНыль. Заглядывает в дверь, скрывается на несколько секунд и появляется вновь, но уже с фотоаппаратом у лица, и быстро делает несколько снимков.

— ЮнМи! — радостно кричит он, опуская фотоаппарат и направляясь к нам, — в «VELVET» мне предложили испытательный срок. Буду там работать помощником фотографа!

— Отлично, ХаНыль-оппа! — радуюсь я, — Это просто отлично!

— Всё благодаря тебе. А давайте, я вас ещё вместе сфотографирую?

— Давай! — соглашаюсь я и прижимаюсь боком к ХеРин, обнимая её за талию, — Так пойдёт?

— Да, отлично! — восклицает ХаНыль, прицеливаясь фотоаппаратом и делая несколько снимков, — Вы неплохо смотритесь вместе!

— Ты обрати внимание на ХеРин, — рекомендую я ему, не торопясь убирать руку с талии подружки, — мне кажется, что у неё отличная внешность для модельного бизнеса. Вдруг в «VELVET» потребуются свежие лица? А у тебя уже есть кандидат!

Сделав шаг назад, ХаНыль окидывает будущую модель оценивающим взглядом.

— А ты? — он снова поворачивается ко мне.

— А я буду в Америке.

— А-а, — произносит он и снова поворачивается к ХеРин.

— Тогда нам нужно будет сделать фотоссесию, — говорит ХаНыль.

— Какие проблемы? — удивляюсь я, — ХеРин, ты не против?

Та молча трясёт головой, показывая, что она «не против». Да что ж такое у неё сегодня с языком? Ущипнуть её, что ли? За попку?

— Проставлюсь с первой зарплаты, — обещает мне ХаНыль.

— О’кей, — киваю я и предупреждаю, — я предпочитаю коньяк.

— Замётано, — не удивляясь, кивает ХаНыль.

Время действия: две недели спустя, за две недели до Нового года.

Место действия: дом мамы ЮнМи. Большая комната.

Как обычно, лежу на полу на спине, перевариваю ужин. На животе примостил ноут, смотрю, что в мире случилось. Прижавшись к моему правому боку, мурчит кошатина. Мама с онни смотрят дораму, а потом все вместе будем смотреть на другом канале концерт от «FAN Entertainment», где покажут дебютный клип СыХона на мою композицию. Ждём-с…

За прошедшие две недели ничего особо интересного не произошло. В школе на удивление тихо. На следующий день после обливания водой директор собрал всех учеников во дворе и сказал длинную речь, суть которой можно свести к паре предложений. Он сказал, что в «Кирин» педагогическую деятельность осуществляют сертифицированные педагоги высочайшего класса. Если кто-то из учащихся, сказал он, пусть даже из самых лучших побуждений решит присвоить себе право воспитывать других, принадлежащее исключительно учителям, то путь ему после этого будет только один — за ворота школы. Произнеся эти слова, СокГю вытянул правую руку вперёд, указывая на ворота, и стал издали чем-то похож на скульптуру Владимира Ильича на постаменте, указывающего на светлое будущее. Но, смех смехом, а «революционная риторика» главы педагогического коллектива подействовала. Ни шу–шу, ни гу–гу после этого не наблюдается.