Но хоть деревня-деревней, однако, учили хорошо, педагогический состав сильный. Латиносы-преподаватели — просто какие-то танцевальные монстры. И всё у них гнётся, как надо, и всё у них как надо — выпрямляется, и ещё, и красиво ко всему получается. А ты тут за ними такой, на полусогнутых, без нормальной растяжки, скачешь, пытаясь повторить, и всеми фибрами души ощущаешь свою никчёмную позорность, видя своё отражение в зеркале.

( https://www.youtube.com/watch?v=aykHRAVjj24&t=155s )

Зато день позора, но в пять вечера — я уже свободен. Хочешь, отдыхай. Хочешь, дальше занимайся, но, правда, за дополнительную плату. Я отдыхал и занимался. По настроению. СанХён хоть и орал и возмущался, но денег в долг дал. Не то, чтобы они уж очень были нужны, тут полный пансион, но с пустым карманом ехать не хотелось, да и вообще было просто интересно — даст или не даст? Всё-таки я его «дожал». Дал. Ну, раз субсидировал, значит, считает меня ценным сотрудником, которому можно деньги дать. А так пришлось бы дома брать, что не комильфо.

Попутешествовал немного. Побывал на побережье, посмотрел, как отчаянные люди делают серфинг в волнах Тихого океана. Показалось это дело весьма неуютным занятием. Глядя на суровые валы прибоя, подумалось мне об акулах, скрывающихся в их мутной толще, и я решил, что это занятие не для меня. Если уж начинать, так где-нибудь в тёплой и прозрачной водичке, где видно, что никого под тобою нет, и никто не собирается ухватить тебя острыми зубами за твой беззащитный зад.

Несколько раз побывал в центре Лос-Анжелеса. Город — размерами сто на сто миль! Нифига себе, деревня! Причём, по моим впечатлениям, большая его часть — «Одноэтажная Америка».

Побывал всего несколько раз потому, что поездки создавали ощущения дискомфорта. Во-первых, толпы людей, даже, кажется, больше чем в Сеуле, во-вторых… Во-вторых, просто реки из автомобилей и высочайший уровень преступности. Над городом постоянно летают полицейские вертолёты, на дорогах полно полицейских машин, а на улицах — вооружённых копов. По прилёту сразу проинструктировали, что этот город — не для прогулок и если хочешь жить, то лучше вообще не гулять. Есть районы, в которые белым вообще не стоит соваться. Я, хоть и не белый, но моя нынешняя конституция и пол не предполагают подвигов, а-ля БрюсЛи в трущобах Лос-Анжелеса. Поэтому, когда в свой последний приезд в центр я услышал откуда-то с соседней улицы хлопки пистолетных выстрелов, а потом звуки полицейских сирен, то я подумал — «На кой оно мне это надо? У меня ещё полно всяких нереализованных планов. Чё я тут не видел? Пристрелят, нафиг, где-нибудь по случайке. Кому потом, что докажешь?» И я постарался ограничить свои перемещения районом школы, который считался безопасный. Тем более, что смотреть в городе особо оказалось нечего. Туристам предлагается к просмотру — башни, небоскрёбы, парк граффити и чайнтаун. Всё предложенное было мною снаружи осмотрено, но не вызвало особого желания ознакомиться более подробно изнутри. Из более интеллектуальных достопримечательностей предлагался к просмотру Музей современного искусства. Если бы я в нём что-то понимал, то я бы — просмотрел. А так я счёл это бессмысленной тратой времени и денег. Ну и конечно, Голливуд. Нельзя побывать в Лос-Анжелесе и не посетить Голливуд. Я не стал нарушать это правило — побывал, посетил. Я не знаток всяких там студий. Снаружи павильоны выглядят, как обычные длинные сараи. В одном из них, куда водят экскурсии — декорации, фигуры актёров в полный рост. Правда, показалось мне это всё излишне бутафорским и кукольным, что совершенно не мешает им выглядеть на экране совершенно иначе. Воистину — «кино, великий обманщик!»