Пришёл подпрапорщик бывший к барину, тоже теперь бывшему, и стал уговаривать дать ему сотню рублей на постройку кабака, да на покупку продуктов и водки на первое время, но Василий Семёнович радости от того, что рядом с его имением появится кабак не испытал, а напротив, ругаться начал на Емельяна.
И тут приехал зять его, граф Кочубей. Поговорил о чём-то с барином, да прямо к Сергееву и подошёл.
— Егерь?
— Так точно, Ваше Сиятельство.
— Метко стреляешь, приходилось людей убивать? — граф сморщился, водочкой от Емельяна попахивало, принял чутка для храбрости.
— Так точно, Ваше Сиятельство.
— Пойдёшь ко мне на службу, как сделаешь одно дело, дам тебе денег на открытие кабака.
— Али стрельнуть кого надо? — подпрапорщик, улыбнулся кривою усмешкой.
— Ворога одного. Немца. Прислан прусским королём вредить нашему Государю, — по слогам медленно проговорил граф.
— А что, за Государя завсегда рады стараться. Не обманете с кабаком? — что дело тёмное и опасное Емельян сразу почувствовал, но хитрым своим умом решил в игру включиться. Где иначе денег на заведение найти, не сапожником же идти или привратником каким в магазине у иноземца? Всё-таки почти офицером был, взводом командовал.
На следующий день они с графом Кочубеем скатались до охотничьего магазина и купили Емельяну хороший тульский штуцер, к которому Сергеев за двадцать два года привык. Кочубей предлагал более длинноствольный австрийский купить, но Емельян отказался. Привык к этому. Не промахнётся, ежели несколько раз на пробу стрельнуть.
Съездили за город, Виктор Павлович своё ружьё взял, знатным охотником оказался его наниматель. А вот штуцер, что они купили, дрянью полной на поверку вышел. Пулю серьёзно уводило вверх и вправо, что-то не так с нарезами, да и отдача была не та что на ружье, с которым он воевал. Поехали они назад в магазин, а хозяин руками разводит, вчерась, мол, сразу после вас генерал один приезжал и всё нарезное оружие скупил. Теперь месяца два ждать нужно, пока с заводов поступит. Они в другой кинулись, в третий, но везде до них побывал тот генерал и все штуцера скупил.
— Емельян, — злой Кочубей вышел из магазина и остановился у кареты, потом чуть в сторонку Сергеева оттащил, — а из пистоля сможешь его пристрелить?
— Приходилось стрелять. Даже проще. Токмо дороже вам, Вашество, станет, риску больше. Поймать могут.
— Триста рублей дам. Пойдём, купим дуэльную пару.
Купили. Доехали до дома, где граф снял комнатку небольшую для Емельяна. По дороге Кочубей показал Сергееву, где живёт человек, которого нужно убить. И сказал кто же это такой. Ну ничего себе! Подполковника Витгенштейна егерь знал. Вместе плечо к плечу нёсся с ним под пулями на штурм Дербента. Что сомнительно ему стало, будто Пётр Христианович — ворог, присланный государя погубить. Так ещё и в Моздоке недавно совсем видел, там граф с гусарами останавливался, в Тарки направляясь. Потом весь Кавказ гудел, пересказывая сказку, как одним выстрелом во второй раз генерал взял Дербент.