Эх, хорошо... Брехт напаренный, разомлевший и даже отдохнувший, уселся напротив печи в деревянное кресло, покрытое медвежьей шкурой и, вытянув ноги, прикрыл глаза. Надо было идти спать, но понимал, что только уснёт и сразу разбудят. Должны были приехать на коронацию: жена Антуаннета, Ванька и Стеша Котковская — ключница у, убиенных безвинно, Чарторыйских, ну и два конюха ещё. Завтра, чуть свет, выезжать в Слободской дворец ему, и в Кремль: Ваньке, Стеше и Антуаннете, а их до сих пор нет. А ведь ещё, сто процентов, наряды, после перевозки, пару часов развешивать и поправлять будут.

С Ванькой уже не успеть. В смысле, ему теперь тоже положен мундир гвардии Преображенского полка. Александр, под умильные взгляды сестёр, произвёл его своим указом в сержанты этого полка и, за проявленное мужество, наградил орденом Анны четвёртой степени, той самой «клюквой», что на шпагу крепится. За вечер мундир не построить и по нему шпагу не просто найти. Одиннадцать лет только в походе этом исполнилось.

Всё же вырубило, потому как очнулся от того, что Кирилл тряс его за плечо.

— Вашество, гости прибыли. Это … Хозяева. Тьфу. Хозяйка прибыла. Графинюшка.

Брехт поспешил во двор. Мать же ж твою же ж. Ну понятно, почему уже по темноте прибыли. В огромный английский дормез бывшего посланника английского его же четыре шайра и были запряжены. Да, кони здоровущие, но рысью не побегут. Эти тридцать километров тащились со скоростью, чуть больше чем у пешехода. Антуаннета ему на шею кинулась, Ванька тоже обниматься полез и даже Стеша повисла на плече. Воссоединение, блин, семейства в прямом смысле этого слова. Обнял их всех Брехт огромными генеральскими ручищами и покружил немного во дворе.

Поставил назад и критически осмотрел жену. Ну чего уж. Красавица, конечно, только тяжко ей придётся при дворе. Она обычная деревенская простушка, а там интриги, сплетни, борьба за место возле кормушки. Нет. Пусть сидит в деревне. Свежий воздух. Дети. Продукты натуральные. Он же, один чёрт, всё время будет воевать. Защитить от интриг не сможет. В деревню, к ведьмам, в глушь, в Студенцы. Или в Крым перевести? Там солнце, море. Хорошая мысль. Виноградникам опять же пригляд нужен хозяйский. Сейчас уже где-то подъезжают к Судаку те армяне, с которыми он при посредничестве священников договорился. Должны привезти, посадить и месяц ухаживать за пятьюстами саженцами винограда. Сорта разные. В том числе и те самые знамениты дамские пальчики с длиной виноградины в вершок. Очевидно сорт вскоре исчезнет, так как ни о чём подобном, в будущем, Брехт даже и не слышал. Армянин Акоп (вроде, переводится — держащийся за пятку) сказал название на нескольких языках, только ни одним граф Витгенштейн не владел. Перевод потребовал.