— Вы находитесь на территории имперских вооружённых сил — сто двадцать восьмой особой авиабазы флотской группы Анистор. Согласно приказу императора о десятикилометровой зоне отчуждения требую покинуть территорию. В случае неподчинения будет открыт огонь через десять минут.

И далее по кругу, лишь цифра в конце уменьшилась.

Барков включил автопереводчик, крутанул регулятор направленного микрофона, и в башне КДП зазвучал гул толпы:

— Да чего мы слушаем эту шлюху! Таранить ворота!

— Серёжа, мы снимаем?

— Так точно, товарищ майор! — Один из пилотов, увлекавшийся в детстве видеосъёмкой, сейчас нацелил на толпу объективы нескольких беспилотников и писал одновременно шесть каналов, снимая крупно тех, кто проявлял особую активность. Несмотря на то что лица очень многих были закрыты платками и масками, последующая идентификация не составляла труда.

Вдруг, словно по команде, через ограждение полетели какие-то предметы, оказавшиеся бутылками с зажигательной смесью. Броневик сразу вспыхнул, но голос, словно издеваясь над демонстрантами, всё продолжал читать текст.

Понукаемая тем самым типом на крыше автомобиля, толпа раздалась в стороны, пропуская к воротам обшитый железом грузовик. Он, не сбавляя скорости, врезался в ворота, но конструкция, заранее укреплённая толстыми металлическими балками, выдержала, чего нельзя было сказать о грузовике. Из капота сначала вырвался дым, затем пламя, и через несколько секунд вся кабина под аккомпанемент заживо горящего человека занялась весёлым пламенем.

— Наверное, зажало в кабине, — задумчиво произнёс Герасимов.

— Сеня! — Барков окликнул оператора, ведущего броневик. — Таратайка ещё на ходу? Подопри ворота. Не будем облегчать людям жизнь.

Со скрипом всё ещё горящий бронеавтомобиль придвинулся вплотную к створкам и, уперевшись бампером в металл, замер окончательно.

— Командир, попытка прорыва на северной стороне.

— Наблюдатели! — рявкнул Барков в микрофон. — Лунь, чего спим?

— Только сейчас заметили, — раздался голос Севы Лунина. — Грузовики, крашенные в чёрный цвет. С ходу проскочили до колючки и врубились в ограждение.

— И?

— Ну, горят бодренько так. Видимо, на мины напоролись.

Мины, изготовленные в спешном порядке из авиационных ракет, расположили на самых опасных участках, но было их совсем немного.

— Смотреть в оба, — жёстко произнёс Анатолий. — Если что, отсекайте огнём. Женщин и детей там быть не должно. Только профессиональные боевики.

— Принял.

Барков коснулся пальцем сенсора, переключая канал:

— Фогель! Поднимай первую.

— Принял.

Шесть машин, уже готовых к вылету, окутались облаком плазмы и с коротким разгоном взвились в небо.