Четвертый пожал плечами.

— Пишут — ориентироваться на Собор Покрова Пресвятой Богородицы. Крупнейший храм города.

Псих кивнул и ненадолго вознесся в небеса. Потом спустился и махнул рукой:

— Туда.

* * *

На подходе к монастырю Псих вдруг начал нервничать.

— Не нравится мне этот монастырь, — остановившись недалеко от ворот, сказал он. — Мутный он какой-то. И пахнет здесь железом и кровью. Давайте туда не пойдем.

— Ты попутал, что ли? — заржал свин. — Пахнет ему… Это что — сказка про мартышку, которая мечтала стать овчаркой?

— Действительно, Псих, — поддержал Жира Четвертый, — что ты как ребенок? Ничем здесь не пахнет, монастырь как монастырь. Пойдем уже.

И монах послал лося вперед.

— Тот, а ты что скажешь? — обезьян упрямо стоял на месте.

Великан-сом пожал плечами.

— Надо идти, потому что мы — монахи, а это — монастырь.

И тоже двинулся в сторону ворот вслед за Жиром и Четвертым.

Псих посмотрел им вслед и полез смотреть системные сообщения.

— Так я и думал… — скривился он. — Абилка «Дар Кассандры» прокнула. Как минимум неделю мне никто верить не будет. Ну спасибо, бабка, чтоб тебе каплуном в курятнике переродиться!

И быстрым шагом пошел догонять товарищей.

На территории монастыря подозрительность Психа выросла многократно. И стражники у ворот сильно упырей напоминали. И келарь, который вышел встречать гостей, имел слишком жуликоватое выражение лица. И монахи с бандитскими рожами очень уж активно толкались вокруг гостей — ни дать, ни взять, в окружение брали.

Паранойя обезьяна достигла пика, когда их повели представляться игумену. К тому времени Драка уже увели на конюшню, Четвертый переоделся в рясу для торжественных приемов и праздничных обрядов, оставшиеся паломники выстроились за ним в шеренгу, стараясь придать своим физиономиям благостный вид, а вся многочисленная монастырская братия толпилась за их спинами.

Наконец, двери открылись, и на высокое крыльцо величаво вышел монастырский игумен.

И тут паранойя Психа исчезла.

Потому, что превратилась в уверенность.

Ни медля ни секунды, он взмыл в воздух, крикнув на взлете:

— Гриф, висельник, ты-то куда? Из тебя игумен — как из Бычары модистка!

— Взять их! — зычно крикнул подчиненным игумен, тоже вертикально уходя на взлет. — А ну стоять, Мартышка!

Но Псих, как пуля быстрый, в небе голубом и чистом с ревом набирал высоту. Причем прямо по его курсу, чуть дальше стен монастыря, появилось зеркало портала — очевидно, там глушилка прыжков уже не работала.

Впрочем, игумен летел гораздо быстрее и неотвратимо нагонял обезьяна.

— Ах-ха-ха-ха! — злобно расхохотался он. — Ты действительно рассчитывал улететь от птицы, обезьянка ты блохастая⁈