Он обвел пространство глазами и рявкнул:
— Время пошло!
Буквально через пару секунд из дырки на месте ворот хлынул поток бегущих налегке демонов. Нельзя поручиться, что никто ничего мелкого не заначил за пазухой, но баулов с собой никто точно не тащил — репутация Штанского не допускала варианта «обмани прохожего, на тебя похожего».
Штанский удовлетворенно улыбнулся и перевел взгляд на троицу хаев.
— Я жду, — холодно сказал он.
Первым подписал контракт Выхухоль, следом за ним — Орел. После чего все выжидательно посмотрели на Черного Льва.
Старик скрестил руки на груди и покачал головой.
— Я не буду, — просто сказал он. — Я уже подписал один контракт, а наемник, который болтается от одного заказчика к другому, как дерьмо в проруби, никому не интересен и никем не уважаем.
Он кивнул в сторону двух демонов-подписантов.
— Они еще молодые, у них есть еще шанс исправить свою репутацию. А мне уже немного осталось, и не хочется как-то все вот так вот заканчивать, — и он неопределенно повертел рукой в воздухе. — Да и устал я что-то, честно говоря.
Он сплюнул наземь и сказал спокойным тоном:
— Давайте уже кончайте быстрее. Максимально безболезненно, как обещали.
Штанский и Псих переглянулись.
— Давай? — не то предложил, не то скомандовал обезьяну кланлид. — Тебе качаться надо, а за него прилично отсыплют.
Псих медленно покачал головой.
— Я теперь монах, мне ТАК нельзя. Делай сам.
— Как скажешь, — пожал плечами Штанский и Черный Лев вдруг мешком осел на землю. Черт его знает, что сделал кланлид, но смерть наступила мгновенно.
Штанский вроде бы ни с кем не разговаривал, но буквально через несколько минут в воздухе открылся портал, из которого принялись выскакивать люди и демоны в форме клана Штанских.
— Приберите здесь все, — распорядился кланлид. — Этих двоих — на Рикарда, сдадите Коту по описи. В зиндане сидят трое пленных — освободить, накормить и напоить. Их шмотки и лося — не трогать. Все, выполняйте.
Он повернулся к Психу и спросил:
— Не знаешь, здесь какая-нибудь харчевня есть?
Обезьян пожал плечами:
— Понятия не имею. Должна быть. Даже наверняка.
— Пойдем, поищем. Я тут подумал — если я возобновлю прием на полчаса позже — ничего страшного не случится. Пойдем, Хан, помянем новопреставленного Барсика. Вот же, блин, упрямый старый пердун. Нас и так практически не осталось, а тут еще он.
Потом остановился, подумал и сказал убежденно:
— А красиво помер старый кошак. Хотел бы я так же уйти. Зуб даю — вот там наливают!
И он некультурно показал пальцем.
Глава сто двадцатая С. Калмаш, г. Набережные Челны