— Охренеть! — удивился ничуть не испугавшийся свиноид. — Да он в толщину с меня ростом! А в длину я и боюсь предположить, на сколько протянется. Вот откуда такие анаконды в средней полосе, а?

— Мы еще не дошли до Средней полосы, — поправил его географически занудный Псих, взлетая в воздух и одновременно уменьшая посох себе под руку.

— Да и пес с ним! — не принял упрека Жир и с оттяжкой ударил граблями по корпусу снизу. — Лови подачу, солитер!

И началась драка.

Через некоторое время у противника выявились и плюсы, и минуты. Вернее, плюс был только один — этот питон-переросток не то изначально не обладал разумом, не то утратил его из-за невыносимой вони. Зато со звериным чутьем и животной яростью у него все было хорошо. Кроме того, он умел летать и биться пришлось в воздухе.

Дивно глядеть на змея, когда летит он,

В воздухе расстилаясь пламенеющим свитком

Или пурпурной радугой, по небесам разлитой…

Запах встает тяжелый, на серную вонь похожий,

В месте, где долгий отдых свой он проводит лежа,

Никто на земле живущий тот запах вдыхать не может.

Его толщина такая, что, если стоишь с ним рядом,

Того, кто стоит напротив, никак не окинешь взглядом,

Не различишь лица его, ни цвета его наряда.

Длина же его такая, что если он на гору ляжет,

То край ее южный с краем, глядящим на север, свяжет.

Хвостом упираясь в реку, а головою в пажить.

Ну а самая большая засада состояла в том, что чешуя змея, покрывавшая его от кончика носа до кончика хвоста, была, похоже, абсолютно непробиваемой. По крайней мере, даже легендарные грабли Жира не сумели проковырять в ней ни одного отверстия.

— Вот сволочь, он вообще не компостируется! — злился запыхавшийся свиноид. — Я только руки отсушил, его граблями охаживая. Как по трубе железной бьешь! Хотя нет, трубу я бы давно пробил. Понятно теперь, почему эта сволочь трех ведьмаков сожрала и неустановленное количество простых колхозников. Что делать-то будем, Псих? Мы так до осени вокруг него летать можем, как два мотылька. Это не змей, это мифриловый чулок какой-то!

— Ты его еще червяком обзови! — посоветовал Псих, тяжело дыша. — Земляным червяком!

— Да я-то обзову, — пообещал Жир, — мне нетрудно. Делать-то что будем? Не знаю, как ты, а мне эту защиту не пробить.

Псих поморщился, как будто лимон разжевал.

— Не хотелось мне пачкаться, но, видимо, придется, — вздохнул он. — Ладно, так и быть, я его в одно лицо ушатаю, а за это расчистка норы и добыча сокровищ на тебе тогда будут. Нет у меня никакого желания эту вонищу еще пару часов нюхать!

— Ой, боюсь, боюсь!!! — заржал свин, уворачиваясь от броска змея. — Напугал армейского офицера разгребанием дерьма. Да мы в этой науке все поголовно — академики! Скажи лучше, как ты его кончить хочешь?