Михаил был очень спокойным, моё настроение прекрасным как никогда и повышалось до нереальной высоты, стоило словить на себе очередной многозначительный взгляд Димы и его чудесную улыбку, но... Всё это как-то слегка поднапрягло меня с утра пораньше.

С чего вдруг возникли такие перемены в единственном человеке из нашей команды, который с самого начала меня не мог терпеть? Почему он так кардинально поменял свой настрой, ведь ночью явно хотел меня растерзать? В чем причина этому всему?

Взглянув на время, отсчитывая часы до отправки в Люберцы, куда мы отбудем вечером для очередного концерта, я напомнила себе и про ужин с Нестеровым — другом Дмитрия. На съемках ток-шоу им не удалось как следует пообщаться, поэтому они решили встретиться в спокойной обстановке. На ужин этот мы должны попасть как раз перед отъездом. Деловая встреча, насколько я поняла, иначе присутствие посторонних там бы навряд ли потребовалось, ведь Дима с ним общается довольно давно и более чем тесно.

Так и промелькнуло незаметно пару часов, после чего моя работа за компьютером, наконец-то, оказалась закончена.

Хорошенько размявшись и потянувшись, я заварила себе чай, оставшийся у меня с ночи. Замечательный облепиховый чай, благодаря которому я могу чувствовать заботу Дмитрия даже на расстоянии.

Подойдя к окну, открыла его и стала любоваться на плывущие по небу белые облака. Прикрыла глаза, крепче обхватив горячую кружку ладонями, и ощутила в себе похожую безмятежность, лёгкость и уверенность.

Как же замечательно, когда есть такие минуты и часы в жизни, когда можно столь остро чувствовать, что ты действительно живёшь. Пребывать здесь и сейчас, получая удовольствие от каждой секунды.

Боже, пусть этот миг никогда не заканчивается.

Наслаждаясь сладостью чая, в конечном итоге я все-таки его допила, ощутив в последнем глотке тончайший намек на поцелуй Димы.

Замерев от подобного сравнения, возникшего так спонтанно, я коснулась пальцами собственных губ и тяжело сглотнула, но всю волшебность вмиг развеял неожиданный стук в дверь.

Мысленно полюбопытствовав, кто бы это мог быть, я отставила пустую кружку и направилась открывать. Когда же выглянула в коридор, увидела перед собой отчего-то особенно жизнерадостного помощника Горшкова.

— Александра, хватит сидеть в четырех стенах. Я пришел, чтобы вытащить тебя на прогулку. Если это можно так назвать, конечно...

С сияющей улыбкой вечного лета, какую обычно используют ведущие разных музыкальных программ, он вдруг подмигнул мне. А после оповестил о том, что его прислал Михаил Андреевич, у которого для меня нашлось очередное поручение.