Всё также серьезно на меня посмотрев, впервые с момента знакомства окатив с ног до головы каким-то ледяным холодом, и никак не отреагировав, подходит к окну. Распахивает его, достает из кармана сигареты с зажигалкой и закуривает.

Я продолжаю неловко переступать с ноги на ногу на прежнем месте, стараясь не смотреть на чертов букет и с неким беспокойством наблюдая за Димой и за его резкими, рваными движениями.

Повернувшись ко мне спиной, он курит в течение нескольких минут, а затем с силой захлопывает окно обратно, заставив меня невольно вздрогнуть. Замерев на секунду, сжимает переносицу, зажмуривается, а после стремительно приближается. Сжимает мои плечи и с силой прижимает к себе. Я облегченно выдыхаю, обнимаю в ответ, сцепив руки за его спиной, и кладу голову на часто вздымающуюся грудь.

Поглаживая меня по волосам, он говорит печальным, но не лишенным нежности тоном:

— Прости меня. Мне непросто справиться с этим раздражением, но я тебе верю, — кивает на коробку с этим, уже не кажущимся мне таким красивым, браслетом. — Это очень дорогая вещь, ты знаешь. Очень. Просто так подобные презенты и записки с признанием в любви не дарят. И мне тут недавно намекнули, что я недостаточно молод, чтобы претендовать на место в твоём сердце. Я просто... вспылил.

Слушая его сбивчивый монолог, в мгновение ока заостряю внимание на этих словах, крайне заинтересовавшись, кто мог ляпнуть про возраст и прочую ерунду. Однако мужчина не дает мне возможности перебить себя, продолжив еще более отрывистым, эмоциональным голосом:

— Хочется узнать, кто такой этот... твой очередной поклонник, — делает короткую паузу, касается моего подбородка двумя пальцами, чуть приподнимает и пристально вглядывается. — Чтобы и этот товарищ, кем бы он ни был, чётко для себя уяснил, что ты моя.

Ревностью, безумным обожанием, решимостью и чем-то ещё горели его прекрасные глаза в этот миг. И вылилось это на меня целым потоком, закружив в вихре яростного негодования. Мгновенно возненавидев этого таинственного дарителя, абсолютно не представляя кто это может быть, я поддаюсь своим негативным эмоциям. Не желаю, чтобы подобная чертовщина расстраивала Диму и, уж тем более, заставила его хоть немного усомниться в моих к нему чувствах.

Выпутавшись из теплых объятий, хватаю дурацкое украшение, импульсивно подбегаю к окну, открываю его и отправляю дорогущий подарок на улицу. Даже не смотрю, куда он там полетел, и сразу оборачиваюсь.

Дмитрий, на миг замерший в изумлении от моей выходки, вдруг улыбается, а потом и вовсе смеется. Я же дую губы как обиженный ребенок, все еще испытывая злость на анонима. Посмеиваясь, мужчина неспешно подходит ко мне, выдыхает, и его как будто отпускает терзавшее до этого напряжение.