Тимми нахмурился. Все это начинало походить на урок биологии.

— Я и о лишайниках могу рассказать, если хочешь.

— Нет уж, спасибо, не надо, — буркнул Тимми.

— Что ж, — ответил робот, — может, тогда поиграем в лошадки?

— Как это?

— Ты можешь покататься на мне верхом. Ты не смотри, что я маленький, я очень прочный.

И Тимми спустился и начал кататься по двору верхом на ПАППИ, держась за выступы двух металлических «рук» и покрикивая: «Гоп-гоп!», «Но!», «Тпру!» до тех пор, пока совершенно не охрип.

Он уже почти забыл, что ПАППИ — это робот. Ему казалось, что он скачет на породистом жеребце с развевающейся по ветру гривой. Скачет, как ковбой из вестернов, которые, кстати, не слишком одобряла Карин.

Короче говоря, ко времени, когда уже почти совсем стемнело и мать Тимми вернулась с работы, мальчик понял, что обрел в лице робота настоящего друга. С которым никогда не соскучишься, который всегда готов играть, никогда не задает глупых вопросов, никогда не ругает и не критикует его.

И все равно — это совсем не то, что иметь настоящего отца…

С помощью ПАППИ Тимми стал гораздо лучше заниматься в школе. Мало того, ПАППИ был запрограммирован таким образом, что и сам учился вместе с Тимми. И они даже устраивали конкурсы, в которых, правда, почти всегда побеждал ПАППИ, Но робот никогда не хвастался своими успехами, а потому Тимми не возражал. А четыре металлические руки делали ПАППИ настоящим волшебником по части сборки моделей космических кораблей, игры в карты и подачи мячей.

Время от времени Карин приносила домой новые программы для ПАППИ, которые разрабатывались в ее лаборатории. И Тимми наблюдал за тем, как она отвинчивала роботу голову и вставляла их. После чего ПАППИ мог делать еще больше самых разных вещей.

К примеру — играть на банджо, рассказывать анекдоты и рисовать забавные картинки, при виде которых Тимми так и покатывался со смеху.

Карин редко принимала дома гостей, не звала даже сотрудников из «Ю-Эс Роботе». Но однажды к ним зашла дама, работавшая с матерью в одной комнате.

— Он ничуть не похож на человека, — пожаловался ей Тимми.

Он и сурового вида дама присели на ковер — получше разглядеть робота. ПАППИ лихо подкатил к ним и затормозил. Колесики робота оставили на отполированном паркете след.

— Ему и не положено, — заметила коллега Карин. — Форма должна соответствовать функциям.

— Ну, уж по крайней мере, могли бы приделать ему ноги, а не колесики! — сказал Тимми, указывая на царапину на паркете.

— Его создавали с чисто утилитарной целью. И твоя мать модифицировала его мозг, а не тело.