Мобильная связь была обозначена нами как «Апокалипсис телеком». Допускаю, что это банально, но на креатив сил не нашлось.
Тем временем самым дальним источником сигнала была признана радиостанция, расположенная предположительно в двух с половиной сотнях километров на западе, в каких-то ебенях, и вещал там один единственный человек DJ Ярут. Он ставил музыку, иногда читал стихи, рассказывал о погоде и с ним напрочь отсутствовала обратная связь. То есть его слышно было за сотню километров, а вот сам он пребывал в звенящем одиночестве. Он обозначал свою радиостанцию как «Надежда FM». Мы его транслировали в цеху. Обидно, но сам радиоведущий об этой своей аудитории не знал.
Я собирался напрячь военных наладить с ним связь при помощи ресурсов Т-11. Должен же был быть какой-то толк от вояк. Кстати, Майор всё упорнее просил съездить к Одинокой горе, то есть к «объекту», отвезти им припасы и топливо. Пока отмазывались, ссылаясь на буран.
Глава 11 Гештальт
Легко кичиться отвагой, сидя за стенами замка
Валлийская народная мудрость
Из-за своего статуса младшего коменданта (что бы это не значило) я был освобождён от караульной службы, которая отнимала львиную долю сил колонистов.
Два парных поста на крыше цеха, плюс один укрупненный в угловом корпусе, кроме того, дежурный отряд — десять бойцов, который дрыхли, играли в карты, в нарды, травили анекдоты и вообще делали всё что угодно, при условии, что были перманентно способны через сорок секунд после получения сигнала тревоги бежать по сопкам задрав жопу в направлении предполагаемого врага. Время от времени Иваныч устраивал им ученую тревогу.
Служба хорошо и понятно организована, а после завершения основного этапа перевозки грузов со Станции, наряду с внутренними хозяйственными нуждами — была основой жизни колонии.
Люди каждодневно чем-то заняты, первоначальное судорожное паническое выживание превратилось в рутину, упорный монотонный труд, который больше не сводил с ума, не рождал суицидальные мысли, а настраивал на долгую игру кто кого пересидит: ледниковый период нас или наоборот.
Поскольку я и бравые парни официально являются лучшими сталкерами, наша «работа» несколько раз в неделю идти в рейд и, если вернемся, приносить хорошие новости, кофе, продукты питания, содержимое аптечек, дрова и прочие ценности. Дрова из этого — самое простое, если ничего другого не нашлось, чтобы впустую не возвращаться.
Сталкер-групп было одиннадцать, почти все — тройки: силовик (огневая поддержка и высаживание дверей), снайпер и лоцман (знает куда идти и где копать). У сталкеров был свой «зал искателя», официальное место тусовки, отдыха и обмена информацией, где не очень талантливой рукой на стене был нарисован абстрактный «первый» сталкер, хмуро и мужественно смотрящий вдаль. Молодые шептали друг другу что звали его «Морж» и что он сгинул, когда пошёл добывать портативный ядерный реактор.