Касьян крутанулся ко мне, и желваки на его скулах заходили ходуном.

— Ты вообще знаешь, с кем говоришь?

— С человеком, который не умеет ждать своей очереди, — пожал я плечами. — В моём «торгашном» заведении такого, как ты, сразу бы выпроводили на улицу.

— Ты… — парень нахмурился, стискивая зубы.

— Касьян, довольно. — Адриан отлепился от колонны и встал рядом со мной. В его взгляде мерцала сталь. — Ив мой гость и находится под моей защитой. А Селеста, насколько мне известно, никому не давала повода считать её собственностью. Так что остынь, пока не наговорил лишнего.

Касьян переводил взгляд с меня на Адриана. В голове у него, видать, сейчас шёл мозговой штурм и пересчёт всех «за» и «против»: дом Лирмонт, арена, свидетели.

Не знаю, к какому решению он там в итоге пришёл бы, но его явно спас сигнал. Над фойе поплыл низкий гул рога, и распорядитель в галерее объявил, что гостей просят занимать места, а тренеров и владельцев зверей — готовиться к выходу.

— Это ещё не конец, — бросил Касьян, ткнув в меня. — Ты ещё пожалеешь о сегодняшнем вечере.

— Ага, уже рыдаю, — обронил я ему вслед.

Инга подтянулась ближе и понизила голос, провожая удаляющуюся спину Касьяна.

— Зря ты его подколол, — сказала она. — Касьян — вассал Клейнов и один из действующих чемпионов арены. Дерётся в средней категории, где выходят звери до среднего уровня второй ступени, и он там не из последних. И к Селесте липнет давно, хоть она его и в упор не видит.

— Чемпион, значит, — хмыкнул я. — Учту.

— Учти как следует. — Она глянула на меня снизу вверх. — Клейны злопамятны, а Касьян у них как хлыст. Не подставляйся.

Заверяюще кивнул ей.

Если честно, после всех предыдущих столкновений не на жизнь, а на смерть, к таким угрозам я уже относился как к долговым распискам: спокойно складывал в стопку и ждал, когда придёт срок оплаты. К тому же на фоне моего семейного клана, которого я по-настоящему опасался, такой выскочка смотрелся как безобидный барашек.

Ложа Лирмонта встретила меня мягкими креслами, графинами с тёмным вином на столике и таким видом на песок, за который иные приплатили бы отдельно.

Здесь даже отдыхают с прицелом, отметил я, опускаясь в кресло. Закуски расставлены так, чтобы дотянуться не вставая, а кресла развёрнуты к арене, чтобы гость ни на миг не отвлекался от зрелища, за которое платит.

Рид перетёк с моего плеча на подлокотник, свернулся бронзовой подушкой и уставился вниз, на песок, дёргая кончиком хвоста. Даже ужатый до размера домашнего кота, с чужих зверей он не спускал глаз.

Сама арена внизу разворачивалась чашей: округлое песчаное поле, кольца ярусов уходили вверх, и трибуны гудели множеством голосов. По краям сновали помощники, проверяли тонкие линии защитных контуров, открывали технические люки и размечали зоны, откуда тренеры будут выпускать зверей.