Внизу у букмекерского окошка толпилась очередь. Когда подошёл мой черёд, я уточнил коэффициент на свою победу.
— Один к десяти! — донеслось изнутри.
Неплохо.
— Примите пять тысяч серебра на победу Рида, — водрузил со стуком несколько кучек монет на деревянную стойку.
Почти вся свободная наличность, какой я готов был рискнуть в данный момент. Деньги на ставку, жалованье, поставки и работу ресторана разумеется я не стал трогать.
— Ты и вправду думаешь выиграть? — осторожно уточнил Адриан.
— Агась, иначе с чего бы я ставил такую гору? Решил, я тут шутки шучу? — я хмыкнул. — Кстати, если хочешь хорошенько подзаработать, то советую тоже сделать ставку на победу Рида.
Адриан помялся, признался, что в мою победу не верит, но из мужской солидарности поставит сотню серебром.
— Пожалеешь ведь, — усмехнулся я.
— Да брось, не жалко мне такой мелочи.
— Я не про мелочь. Пожалеешь об упущенной выгоде. Ну как знаешь, нам уже пора.
Я оставил Адриана хмуриться над своими мыслями и зашагал с Ридом к арене.
Коридор выводил прямо на песок, и чем ближе я подходил, тем плотнее давил на уши гомон трибун. У самого выхода меня нагнал усиленный артефактом голос распорядителя.
— А вот и гво-о-оздь вечера, господа-а-а! — раскатился над чашей голос распорядителя, смакуя каждый слог. — В правом углу непобеди-и-имый, грозящий снегами и стужей, наш чемпио-о-он Касья-а-ан из дома Краулсан со своим Ледяным во-о-олком!
Трибуны взвыли, забарабанили ногами по ярусам, и волна одобрения покатилась сверху вниз.
— А против него… — конферансье оборвал себя, выдержал паузу и протянул сильнее прежнего, — заезжий смельча-а-ак, что бросил вызов чемпиону прямо с порога, Ив Винтерска-а-ай, и его боец по кличке Ри-и-ид!
Глава 5
Хохот толпы накрыл меня раньше, чем под ноги лёг песок арены.
Ну да, давайте, ржите. Сейчас вы видите хозяина, что притащил на свободный поединок домашнего котика, и животы надрываете. А я люблю, когда соперник заранее списывает тебя со счетов, потому что падать ему с такой высоты потом особенно больно.
Проход вывел меня на свет. Рид сидел на плече бронзовым комком и кончиком хвоста выстукивал ритмичные удары по моей ключице, внимательно оглядывая ревущие ярусы. Я поднялся по ступеням на командный пятачок, огороженный тонкой линией контура.
Навстречу шагнул служащий арены с лаковой шкатулкой и откинул крышку. Внутри на бархате лежал артефакт связи, «наушник», через который тренеры весь вечер нашёптывали зверям команды.
Он покосился на крошечного Рида, потом перевёл взгляд в дальний угол, где переминался огромный ледяной волк, и кадык у него дёрнулся.