— А ну пошел отсюда, маньяк чертов!
В кустах раздается тяжелое отдувание, треск веток, и оттуда, как разъяренный леший, восстает ОН. Мужик огромный, плечистый, в помятых камуфляжных шортах и с лицом человека, которому я только что испортила утро.
— Пигалица, ты вообще берега попутала?! — рычит он. — Еще вчера тут было пусто! А утром просыпаюсь — посреди моей поляны полоумная баба! Голая!
— Это я полоумная и голая?! Ты сам-то себя слышишь? Лазил по кустам, подглядывал, как сталкер недоделанный! Извращенец!
Я всего лишь хотела отдохнуть после развода: море, подруги, шашлык и свобода от мужчин, которые разочаровывают все сильнее. Но судьба подсунула мне Алексея Кочубея — огромного, вредного хозяина соседнего лагеря.
Пять дней на одном пляже. Два лагеря. Общий быт. И мужчина, который бесит так сильно, что рядом с ним становится слишком жарко даже без солнца.
— У самих нос горбатый! Поналетели тут, критики пернатые! — кричу я в чистое утреннее небо, потрясая алюминиевым половником в сторону кружащих надо мной чаек.
Чайки орут так, будто искренне сомневаются в моих кулинарных способностях, пока я в одном бикини цвета сочной фуксии пританцовываю вокруг огромного казана. Ну и пусть орут, хотя, их громкое дружное "Ха-ха-ха" слабо похоже на птичий ор, они будто бы ржут надо мной… да и пофиг!
Я красива и прекрасна!
После тридцати пяти и развода с одним козлом, который семь лет поливал мою самооценку ядом, у меня наступил блаженный период абсолютного пофигизма. Мне тридцать восемь, у меня роскошный пятьдесят второй размер одежды, аппетитные бедра, которые очень красиво покачиваются под хриплый голос певички из беспроводной колонки, и целых две недели полной свободы.
Наконец-таки я нашла повод выгулять свои бикини без закатывающихся глаз к потолку блюстителей морали и поборников "это срамота"
Подруги уехали на автодоме в ближайший город за свежими припасами, оставив меня отсыпаться в нашей огромной палатке, которую мы ночью, в темноте, растянули прямо посреди дикого пляжа. подруг дали мне возможность выспаться после длительной дороги за рулем, они же выдрыхлись в пути, а я вот… отсыпалась остаток ночи и утро.
Проснулась я от жары, поняла, что вокруг ни души на километры, скинула шорты с майкой и решила устроить себе сеанс единения с природой.
Мясо само себя не замаринует, костер сам не разведется.
Я наклоняюсь над столом, увлеченно нарезая лук кольцами, и в такт музыке кручу бедрами. Красота! Морской бриз приятно холодит кожу, шашлык обещает быть божественным…
— Кхм-чхи!— раздается вдруг из густого можжевелового куста в двух метрах от нашего лагеря.