— Ну, Саша, удачи тебе и успехов в учебе и спорте, — проводница обняла меня как родного.

— Спасибо, и вам тоже до свидания, — проговорил я, распрощавшись с доброжелательной тётенькой, содравшей с меня пятьдесят рублей.

Поискал глазами телефон-автомат и набрал маме на работу.

— Саша, а ты что, в Москве? — спросила мама удивившись.

— Привет, мам. Нет. Мы с ребятами в город в кино приехали. Вот решил тебе набрать, узнать, как ты, — сказал я в трубку, а сам обрадовался.

«Слава Богу, кипиша нет. Значит, легенду с походом в лес, которую я придумал на всякий случай, можно забыть».

— Молодец, что позвонил. Как бабушка?

— Все хорошо. Ладно пока, не будем деньги тратить, через два дня приеду.

— Передавай привет бабушке, — сказала она, и я повесил трубку.

Ух, повезло! Не хотелось бы расстраивать мамулю и устраивать разборки с последующим закручиванием гаек.

Хотя мама у меня и добрая, но в её глазах я не шестидесятилетний, многое повидавший, прожженный жизнью мужик, а пятнадцатилетний несмышленый подросток, за которым нужно смотреть в оба.

Ещё обрадовало то, что она не поняла, что я звонил не по межгороду.

Звонок по межгороду заметно отличается от городского промежутками между сигналами звонка. Она не догадалась, и то хлеб. Значит на этом фронте всё спокойно.

Следующим на очереди был Сева.

— Привет. Как дела?

— Александр, здравствуй. Хорошо. Приехал? Тебя встретить?

— Нет, встречать не надо. Я только приехал и сразу опять уезжаю на пару дней к знакомым. У вас как? Репетируете?

— Да нормально, — погрустневшим голосом сказал клавишник. — Только…

— Что только? Не тяни кота за разные места!

В трубке помолчали, а спустя, наверное, с полминуты, робким голосом проговорили:

— Иннокентий вернулся. Просит его вернуть в ансамбль.

— Так вернулся он или просит? — решил уточнить я.

— Он пьяный пришел на следующий день, как ты уехал. Просил прощения, плакал. Все его простили. Мы рассказали о тебе. Он покивал, но не поверил, что ты так хорошо играешь. Ребята решили вернуть его в группу… Но ты имей в виду, — затараторил Савелий, — если что, я с тобой! Если ты не захочешь его оставлять, то я тоже буду против! И Юлечка… Она тоже согласится с твоим решением.

Ну, что-то подобное и следовало ожидать, все-таки они полгода вместе.

— Ладно, репетируйте, — «всемилостивейше» разрешил пионер. — А пока не заморачивайся. Приеду, переговорим и решим, что делать. Ребятам скажи, чтоб тоже голову себе не забивали, через пару дней встретимся на базе в шесть вечера и всё обсудим.

Повесил трубку и задумался. Выгнать-то, конечно, этого басиста можно, повод всегда найдётся, но я не хотел быть разрушающим коллектив фактором. Они все же вполне достаточное время играют вместе. Уже более-менее притёрлись друг к другу, так зачем из-за небольшого скандальчика устраивать огромный кипиш? Просто посчитаем пока тот эпизод случайностью и пойдём дальше. Тем более, как я уже говорил, по большому счёту мне их коллектив совсем не нужен. Мне нужна только студия. Так что с басистом своим пусть разбираются сами.