Остановился. Бело-синие «не динамовцы» подбежали, поздоровались — и началось…

«Нельзя закапывать талант в землю…… Только у нас в школе готовят настоящих атлетов…… Только мы можем мне помочь раскрыть мой потенциал……» и дальше в таком же духе — в общем, всё сводилось к одному вопросу: «Когда я приду в зал для демонстрации своих спортивных навыков?».

— Наверное, в октябре, — сказал я охреневшему от такой «правды» тренеру и пояснил: — Дело в том, что сейчас я занят. В сентябре начнётся учёба. Пока то, да сё… Так, что ждите меня где-то в конце сентября — начале октября…

— Ну, ты можешь заехать хоть на час? — настаивал тренер, имя которого я не помнил.

«Может, действительно заехать? Только вот надо ли мне это сейчас? Да и нужна ли мне такая известность вообще? Пока неясно, но совершенно понятно: соревнованиями и всякими сборами они мне будут постоянно надоедать. Нет. Пока мне не до этого. Сейчас цель другая, так что спорт отложим на потом».

— Я помню, когда у вас тренировки. Будет время, заеду, — проговорил я, быстро попрощался и, не дав втянуть себя в бесплодную дискуссию, продолжил утреннюю пробежку.

Дома обнаружил готовившую завтрак маму. Он пришла после дежурства и сейчас суетилась на кухне.

— Ну, дай хоть на тебя посмотреть, полуночник. Всю неделю на своих репетициях проводишь. Эх ты, гулёна, — сказала она и прижала меня к себе.

Мы стоим, обнявшись несколько минут, а она меня гладит по голове.

— Чем планируешь сегодня заниматься? Может, к бабушке съездишь? Каникулы скоро закончатся, а ты так толком и не отдохнёшь, — сказала она, отстранив меня для того, чтобы перевернуть жарившиеся на сковородке сосиски с луком.

— Нет, мам. Дела. На следующие выходные махну. Сегодня собираюсь поехать поискать пишущую машинку, может, удастся купить. А потом не знаю, может, в музей схожу, — сказал прилежный сынуля, помогая маме расставлять посуду на стол.

— Да? — удивилась она. — Что за музей?

— Государственный дарвинистский музей.

— А такой разве есть? Никогда не слышала о таком музее.

— Э- э, — только и сказал я.

И ведь действительно, вполне может быть так, что ещё никакого подобного музея в этом времени не построили.

«Нужно будет в планшете глянуть».

* * *

Так как мама была с ночного дежурства, то после завтрака ушла к себе в комнату спать. Я же после того, как помыл посуду, потихоньку достал с балкона соседей планшет. Интернет работал, и я посмотрел информацию о музее.

Инициатором создания музея был биолог Александр Кокс, который, к сожалению, в 1964 году умер. В 1907 году биолог перенёс коллекцию чучел редких животных в здание Московских женских курсов в Мерзляковском переулке. В 1926-м вышло постановление Совнаркома РСФСР о строительстве нового здания для музея. Госфинансирование не могло выделить деньги двадцать лет, из-за чего в 1945 году было проведено заседание Совета министров РСФСР, который подтвердил намерения построить здание, но строить его начали лишь в 1960 году на 3-й Фрунзенской улице. Однако в конце строительства здание передали хореографическому училищу Большого театра.