— Ладно, если ты так хочешь, — ответила она. — Мы с мужем пытались уехать из Крыма, двигались в сторону моста, когда все началось. На заправке, километров за двадцать до этого, случилась авария. Он врач. Вышел помочь, его укусили. Я уехала дальше.

— А потом? — надавил я.

— А потом в меня въехали. Я тоже врезалась. Люди стали кричать, беситься, даже драка началась. Потом появились зомби. А в конечном итоге эта фура — пробила ограждение, перевернулась и загорелась.

— Так ты, получается, месяц в этой машине просидела? — спросил я.

— Не знаю, — она покачала головой. — Телефон разрядился уже на третий день. Автомобильной зарядки у меня не было. Выходить я боялась, потому что твари бродили снаружи. Просто сидела там.

— Охренеть, — пробормотал я.

Теперь-то понятно, почему она такая дерганная. Месяц просидеть взаперти, боясь даже чихнуть, чтобы не привлечь внимание тварей. Без возможности даже ноги вытянуть или чистого воздуха глотнуть. В машине…

— Нужду справляла в бутылку пятилитровую, — продолжила она, отвернувшись, но я успел увидеть в уголках ее глаз слезы. — Потом выливала через окна наружу. Сперва надеялась, что кто-то приедет, перебьет зомби или хотя бы отвлечет, но…

— Вообще никого не было? — спросил я.

— Четыре раза появлялись машины, последняя дней пять назад — военный внедорожник, модель не знаю. Они остановились, развернулись и уехали. Я думала крикнуть им, высунуться, но побоялась, что разорвут.

Пять дней назад, внедорожник. «Тигр» может быть? Уж не те ли это пятисотые, с которыми мы в Севастополе встретились? Значит, они далеко уехали.

— Давно не ела? — спросил я.

— Дня три, — ответила она. — У нас еда была с собой, закупились перед отъездом. На двоих же брали. Вот и хватило надолго. Алмаз… Он даже тут помочь умудрился.

Алмаз — это, наверное, имя. Не русское какое-то. Но ладно.

— Сейчас поешь, — сказал я. — Отмойся только.

— Да я понимаю, что в таком виде за стол нельзя, — ответила она.

Тем временем мы добрались до озерца. Я огляделся: ничего нового, зомби не появилось, да и следов никаких, кроме наших старых.

— Я буду по сторонам смотреть, чтобы никто не подошел, а ты мойся, — сказал я, взявшись за рукояти «укорота».

— Да я не из стеснительных, — спокойно ответила она. — Медсестрой работала на скорой, у нас там все переодевались друг при друге, нормально. Да и хуже чем сейчас я, наверное, выглядеть буду только мертвой.

— Да ладно, не надо так, — сказал я. Мне как-то даже неудобно стало.

Мария открыла пакет, который ей дала Яна, вытащила из него бутылку шампуня, после чего повесила на низкую ветку. Подошла к пруду, наклонилась, набрала немного воды в руки и побрызгала себе в лицо.