— Мы на войне, бля, — сказал я. — На войне. Именно так. А тут решения приходится быстро принимать. Если мы не воюем, вы так и скажите — я возьму своих и уйду просто. Или в леса, или обратно к Севастополю. Заберу одну из машин и уеду.
— Да тише-тише, уж, Край, — проговорил Ильяс. — Мы все все поняли. Так что ты предлагаешь-то?
— Завтра мы с группой идем в город, — сказал я. — И там валим всех. У них будут пушки, у нас тоже, но они вряд ли будут ждать, что мы что-то сделаем. Потом возвращаемся обратно в деревню, кладем всех остальных. Машины у нас будут, так что грузим в них деревенских, всех. И везем к Севастополю, на базу Росгвардии. Об этом я и говорил, что нужно людей спасти.
— А сами уходим в лагерь, партизанить, так? — спросил Ильяс.
— Да, — я кивнул. — Сперва засаду устраиваем здесь, потому что наверняка еще отряд приедет. Гвардейцы нам помогут, и если грамотно минами распорядимся, то мы тут и сотню остановим. Мы же деревню знаем, а они нет. А потом да, уходим партизанить.
— Я согласен, — сказал Ильяс и вдруг резко выпрямился. — Правильно все.
Остальные молчали. Роджер посмотрел на меня, потом на всех остальных, и пробормотал что-то ругательное на английском. Ему, похоже, и самому надоело, что он ничего не понимает. Только вот морпех, скорее всего, пойдет за мной. Ему в общем-то без разницы, у него в деревне никого и ничего нет.
Хотя он, наверное, тоже тихой жизни хотел. Просто выжить, раз уж никакой возможности связаться со своими и вернуться домой нет. Но тоже на войну попал в конечном итоге. Впрочем куда нам деваться-то всем?
— Может все-таки не будем на такую крайность идти? — спросил Мустафа. — У людей тут дома, свое все. А в другом месте… Еще непонятно, как устроимся. Ну и опять же, Севастополь там под боком. И как примут, тоже непонятно.
— А у нас еще варианты есть? — спросил я, повернувшись к татарину. — Если есть, то предлагай, мы тебя выслушаем, конечно. Мало ли, что еще придумаешь.
Он промолчал. Да и все остальные тоже молчали. Я повернулся к Лике, и та кивнула. Она и сама понимала все, что так дальше продолжаться не может. Вопрос только, что мне с ними делать тогда. В Севастополь она не поедет, это вообще не вариант. Значит, останется со мной. И тогда мне придется и из нее бойца делать, как я в начале планировал.
Правда, тогда я не знал, сколько она для меня в итоге значить будет. Да уж…
— Ладно, — сказал Мустафа. — Раз без этого никак не обойтись. Излагай, Край, что дальше делать будем.
— Да все просто, — пожал я плечами. — Завтра мы идем группой в город, вместе с бандитами. Заводим их куда-нибудь поглубже, а потом разбираемся с ними. Все равно ведь у нас других вариантов нет, тут главное — не дать им шума поднять. Оружие у нас у всех будет, так что рискованно, но время для нападения мы сами выбираем. А это, пожалуй, самое главное.